Взгляд	13/10/2008

Письма из Израиля // Иерусалимский тупик // Какое время на дворе - таков и мессия

Илья ВАСИЛЬЕВ

Нынешнее поколение палестинских людей (которое, как сообщил недавно духовный лидер Ирана, будет жить в освобожденной от израильтян Палестине) учится по учебникам истории, отрицающим существование Иерусалимского Храма.

Завтра упадет завеса в храме?

За хананеянами и филистимлянами, убеждает официальный учебник Палестинской Автономии (ПА), сразу "пришли" арабы, Храм же - выдумка евреев, попытка осквернить магометанские святыни. И теперь "территория ПА является ареной решающей борьбы ислама с неверными, а потому как можно более многочисленное присутствие на этой территории в решающий момент исторической битвы с неверными - прямая обязанность мусульман".

Как уже говорилось, в финансировании ближневосточным "квартетом" таких "образовательных программ", программирующих уничтожение евреев, ярко проявляется аксиологическая беспомощность т.н. мирового сообщества, упершегося в иерусалимский тупик. Умиротворение палестинского Франкенштейна, способного лишь к паразитарному существованию рэкетира-террориста, явно не та дорога, которая приведет "умму" к храму модернизации.

Средневековая система ценностей палестинцев приобщена к современности лишь через ненависть к евреям, США и западной цивилизации в целом. Поэтому из всех арабов только жители ПА смогли столь демонстративно порадоваться крушению башен-близнецов: другим не дали, а Арафату эту радость пришлось смывать кровью... собственной, донорской.

Символично, что теракт 9/11 является комбинацией двух палестинских "ноу-хау". 40 лет назад палестинцы "изобрели" захват самолетов с целью взятия заложников. Позднее именно они первыми в мире стали в массовом порядке использовать "живые бомбы". И вот синергия: захват самолетов шахидами.

Символично и то, что Арафат, корыстно злоупотреблявший агрессивным суеверием палестинцев, лепивший себе имидж современного Саладина - освободителя Иерусалима от новых крестоносцев, 40 лет водивший свой народ по ценностной пустыне терроризма, получил-таки в итоге заслуженную... Нобелевскую премию. Мира.

Миротворец

Что же натворил этот миротворец, в каком состоянии, как сказали бы советские газеты, "арабский народ Палестины" застал то, что после себя оставил?

Еще в 1964 г., т.е. в то время, когда "исконно палестинскими землями" владели Египет и Иордания, в Кувейте появилась Организация освобождения Палестины (ООП). Целью ООП было не освобождение территорий современной ПА от Израиля - он ведь еще не успел их "оккупировать" - просто организовывалось очередное освобождение Палестины... от евреев.
После Шестидневной войны, убедившись в невозможности сбросить Израиль в море прямым военным ударом, арабские лидеры сменили тактику, решив использовать в качестве тарана "конфедерацию разрозненных палестинских кланов". Вот тут-то и пригодился возглавивший в 1969 г. ООП уроженец Каира Ясир Арафат, считающийся племянником аль-Хуссейни - муфтия Иерусалима 30-х гг.

С такой родословной Арафату не составило труда консолидировать разобщенные, легко поддающиеся манипулированию палестинские хамулы. Апеллируя к дурным сторонам коллективного бессознательного своих соплеменников, Арафат помог им обрести идентичность: мы - авангард террористической борьбы с Израилем. Он цинично использовал невежество своих подданных, превратив их в самое пассионарное подмножество арабской уммы - со всеми "достоинствами" и недостатками этой роли.

Подмножество

Так же, как все арабы, палестинцы ведут непрерывную войну с Израилем - религиозно-террористическую по форме и архаично-цивилизационную по содержанию. Но палестинцы - на переднем крае, а "их" территории - плацдарм для последнего и решительного броска.
Что касается безнадежной архаики "содержания", то у "подмножества" больше пережитков военно-племенной организации общества: даже все "национальные" герои здесь - террористы (в том числе организатор Мюнхена-72). Такого все-таки нет ни в одной "настоящей" арабской стране.

С "формой" - то же самое. Число палестинских шахидов сегодня исчисляется сотнями. Налицо безусловное лидерство. А вот религия, как у всех, является лишь предлогом для войны... и не только с евреями. Под лозунгом борьбы за "святыни" подчеркнуто светский Арафат позволил толпе разгромить и сжечь дотла могилу "общего" патриарха Иосифа (Юсуфа), "деоккупированную" израильтянами, а под разговоры о мусульманско-христианском братстве, "возвращении" палестинцам христианских храмов Иерусалима etc. - дал зеленый свет выдавливанию арабов-христиан из "освобожденного от евреев" Вифлеема.
Проблема дехристианизации характерна, конечно, и для "множества" в целом. Достаточно посмотреть на "контролируемый" американцами Ирак, из которого бежали, кажется, уже все христиане. Кроме Тарика Азиза, конечно: его покой охраняет тюремная стража.

Итак, палестинцы - органичная часть арабской уммы, разобщенной по конфессиональному, племенному, территориальному и многим другим признакам. Коренное же отличие их - в специфике "позитивной" самоидентификации.
Египет и Иордания - например, после поражения от Израиля - вынуждены кое-как мотыжить свои наделы и переориентировать государственный нарратив: на наследие ли фараонов, родство ли с Мухаммедом.

Палестинцы же, лишенные собственного надела в результате арабской агрессии, постепенно нашли себя лишь как инструмент террористической борьбы с Израилем. Поэтому после обретения самостоятельности в 1993 г. они отнюдь не начали заниматься обустройством собственной жизни: "эпоха" мало-мальского социального строительства совпадает как раз с периодом "израильской оккупации". Любой вновь "освобождаемый" Израилем кусок земли тут же деградирует в социально-экономическом отношении и становится огневым рубежом: север Сектора Газа сегодня утыкан пусковыми установками ракет "Кассам".
И вот почему, пожалуй, нет выхода из "иерусалимского тупика" - ни в планах, основанных на тлетворном духе соглашений в Осло ("территории в обмен на мир"); ни в реальности - вот уже 15 лет палестинцы исповедуют принцип: "территории в обмен на террор".

Любой новый концепт, сконструированный в Америке ли, в Азии ли, в Европе ли должен понуждать палестинского Франкенштейна к трансцензусу, к превращению в договоропригодного партнера, разделяющего общие для цивилизованного мира ценности.

Золотые ворота

Можно, конечно, возразить: это, мол, утопия, мир же обеспечит только Realpolitik. Но в Иерусалиме, говорят, случалось всякое...
Как мы уже писали в первом письме, от Иерусалимского Храма до настоящего времени дошли всего две детали, одна из которых - т.н. Западная стена, или Стена Плача. Завершая цикл, самое время сказать два слова о второй детали. Это заложенные камнями т.н. Золотые ворота - бывшие входные арки в восточной стене Храма.

Согласно еврейской традиции, в конце дней Мессия взойдет на Масличную (Елеонскую) гору и - по звуку трубы Иезекииля - начнется воскресение из мертвых. После этого, по свидетельству еврейских пророков, именно через Золотые ворота Мессия во главе процессии должен въехать в Иерусалим - на белом осле. По свидетельству Левия Матфея, именно так поступил Иисус Христос в роковой для себя праздник Песах...
Кудрявая арабская легенда гласит: когда в XVI веке по велению султана Сулеймана вокруг Иерусалима строили стену, султан приказал, чтобы ворота замуровали, дабы "еврейский Мессия" не мог проехать через них и изгнать завоевателей из города. Бдительный Сулейман распорядился даже разместить перед Золотыми воротами мусульманское кладбище, куда еврейский Мессия не мог бы вступить, поскольку этим он ритуально осквернил бы себя и утратил жреческий статус.

На тот случай, если Мессия воскресит всех обитателей кладбища и таким способом решит проблему "ритуального осквернения", султан распорядился похоронить там своих лучших воинов с табельным оружием. Они должны были, восстав из мертвых, уничтожить еврейского Мессию, который их воскресил, и не дать ему въехать в Иерусалим.
Так исполнилось пророчество Иезекииля: "Ворота сии будут затворены, не отворятся, и никакой человек не войдет ими, ибо Господь, Бог Израилев, вошел ими, и они будут затворены". И вот уже много столетий Золотые ворота стоят замурованные, увенчанные мощной зубчатой башней наверху. И никто не может въехать через самый большой, но бездействующий въезд на Храмовую гору, - туда, где сегодня стоит Мечеть Омара.

Но будем думать, что паразитарная аксиология, построенная лишь на отгораживании от мировой - иудео-греко-христианской - цивилизации, на примитивном "юзаньи" ее, это не вечный удел мусульманского мира. Стоит только пробить брешь в замурованных Золотых воротах и - рано или поздно, на белом осле, иным ли каким-то транспортом - въедет, наконец, и на арабский Восток система ценностей, позволившая построить свободные и справедливые общества.

Назад

Наверх