Взгляд	6/10/2008

Женское и Вселенское

Александр Дашевский

Гендерные проблемы сейчас входят в базовую комплектацию "обязательной" тематики для художника. Тем более если художник - женщина. На любой большой выставке современного искусства неизбежно найдется ряд произведений, пропитанных нервозной риторикой о женской идентичности, об отдельной женской культуре, о патриархате, феминизме, навязывании женщине сексуальных и социальных ролей.

Остается только восхищаться, как естественно и красиво решила для себя "женский вопрос" Ирина Васильева.

Ее картины вызывают простую, безотчетную радость узнавания: вилка и нож, сосна, грибы в банке, паровоз, мясорубка, ножницы, плетеная салфетка... В сфере интересов Ирины Васильевой сосуществуют отчаянные хулиганские происшествия, эпические пейзажи, сюжеты, прославляющие домашнюю рачительность, - сбор и заготовка грибов, вышивание. Иногда мелькнет одновременно ужасающий и восхищающий звероподобный мужской персонаж. География задается узнаваемыми координатами: кухня, речка, дача, лес, мастерская, ванная. Это приватная вселенная, не всегда веселая, но всегда соразмерная человеку, согретая беспорядочной домовитой активностью ее хозяйки.

Частями того же гипертекста представляются открывшиеся выставки "Ржавый Зингер" и "Яппиля".*

Рука художницы легко узнается. Косолапо-старательное, как будто детское рисование органично соседствует с профессиональной выучкой. Размашистое чирикание кисточкой оборачивается богатой живописной поверхностью и культурным цветом. Никакой маэстрии. Как будто - ой, ай, капнуло, потекло, размазалось, поцарапалось, - и при этом всегда безошибочное попадание в яблочко. Каждое движение краски - энергичная и хлопотливая скоропись. Нечего тянуть кота за хвост, картину написать - как убегающее молоко с плиты снять: раз - и все. Кажется, запросто сделано, а приглядишься - тут и Гончарова, и Ермолаева, и Маврина, и Ю. Васнецов, и Арефьевский круг, и Митьки, и Новые Художники.

Детское восхищение железом, черным лаком, золотыми буквами, проводами, блестящими ручками, иголками, лапками, шпульками, катушками, испытанное автором при созерцании старой красивой вещи, сразу передается зрителю. С пейзажами то же. Автор последовательно восторгается деревцем, тучкой, кривой травинкой.

В контексте творчества И. Васильевой швейная машинка превращается в друга, собеседника, объект лирического очеловечивания. "Зингер" становится атрибутом женской долюшки-судьбины. Тут уже недалеко до печальной русской народной песни за прялкой. А что - в конце концов, разве "Зингер" - не родственник прялки?

Да и лес вокруг дачи художницы в поселке Яппиля при внимательном рассмотрении кажется сошедшим с иллюстраций 20-х, 30-х годов к народным сказкам. Условно нарисованные, безусловно узнаваемые елочки-сосеночки то выстраиваются в былинную перспективу, то расступаются, чтобы, к радости запасливой хозяйки, дать место грибам...

Вот такой вырисовывается мир. Пространство существует от дачи до леса, от ягоды к ягоде. Время - от зимы к лету, от дня к вечеру.

Резонно спросить: что же тут за взгляд на женщину, на мир? Засолы, маринады, квашения, шитье на машинке - не слишком ли отстало? Что же это автор, эскапист, закрывается от актуальнейших проблем? Кругом глобализация, экономический кризис, нанотехнологии, генная инженерия, потепление... Кондолиза Райс, небось, по морошку не ходит и кружевные салфетки не плетет?

Любая долгосрочная память (а художественная традиция - это форма памяти) хранит множество примеров того, как одни страхи сменяют другие, как тот, кто в понедельник считал брак пережитком прошлого, во вторник создавал патриархальную семью, а другой, хоронивший живопись в пятницу, страстно начинал ее коллекционировать в воскресенье. На фоне этого круговращения такие явления, как банка с грибами на зиму, как работающая, пусть и ржавая, швейная машинка, - становятся оплотом стабильности и разума. Ведь зима, в отличие от глобального потепления, наступит точно, и необходимость поставить заплатку куда как более вероятна, чем конец света. Что же удивительного в том, что укорененная в традиции живопись дает укоренный в традиции взгляд на вещи?

-----

*"Ржавый Зингер": галерея Navicula Artis, арт-центр, Пушкинская 10; "Яппиля": Ботанический институт им. Л.В. Комарова РАН, Ботанический музей.

Назад

Наверх