Комментарии	14/4/2008

Как ведут себя преемники

Николай Добронравин

Ровно год назад, в апреле 2007-го, на президентских выборах в Нигерии победил Умару Яр-Адуа. Предыдущий президент Олушегун Обасанджо не пошел на третий срок.

Неизвестно, насколько достоверными можно считать результаты выборов; по мнению некоторых обозревателей, Обасанджо "навязал нигерийцам своего преемника". Не вызывает сомнения, что полностью отказываться от власти бывший президент не собирался. Преемник - бывший губернатор штата Кацина - считался слишком слабой и зависимой фигурой, чтобы самостоятельно управлять страной.

Сразу после избрания нового президента в нигерийской прессе появились обвинения в адрес Обасанджо. Оказалось, что на годы его правления пришелся не только стремительный рост нефтяных доходов, но и не менее безудержный взлет коррупции. Бывшего президента обвиняли в причастности к широкомасштабным аферам в сфере приватизации.

Новый президент Яр-Адуа, по давней нигерийской традиции, начал борьбу с коррупцией. В ходе антикоррупционной кампании позиции нового лидера укрепились. Сторонники Обасанджо заговорили о "предательстве". Оказалось, что действующий президент не собирается безоговорочно служить интересам своего прежнего патрона и его семьи.

На сторону Умару Яр-Адуа перешли многие нигерийские политики. Обасанджо не удалось сохранить влияние в правящей Народно-демократической партии (НДП). В марте 26 губернаторов - членов НДП - избрали председателем партии Винсента Огбулафора. Новый партийный руководитель немедленно заявил: "Я на сто один процент лоялен президенту Федеративной Республики Нигерия".

После смены руководства правящей партии обвинения в адрес бывшего президента становились все более серьезными. Один из политиков заявил, что Обасанджо выбрал Яр-Адуа своим преемником в надежде, что тот умрет вскоре после выборов. Против Обасанджо выступили политики из его собственного народа йоруба, также заявившие о поддержке нового президента. Они назвали все восемь лет правления Обасанджо потраченными напрасно и проклятием для йоруба.

И, наконец, через год после прихода к власти карающая десница нигерийского правосудия дотянулась до ближайших родственников бывшего президента. 8 апреля комиссия по экономическим и финансовым преступлениям обвинила сенатора Ийабо Обасанджо-Белло (дочь бывшего президента) в причастности к хищению средств из министерства здравоохранения. Кроме того, утверждалось, что она имеет отношение к контракту на строительство электростанции, которая была торжественно открыта самим Обасанджо в 2006 г., но так и не была построена. 8 апреля комиссия заявила, что Ийабо скрывается от правосудия. Дочь Обасанджо через своих адвокатов отвергла все предъявленные ей обвинения.

Проблемы энергетики сегодня волнуют всех нигерийцев. По оценкам СМИ, за годы правления Обасанджо в этой сфере были истрачены около $ 13 млрд., при этом объем производимой электроэнергии загадочным образом не возрос, а снизился.

Еще один "семейный" коррупционный скандал разразился в начале апреля в имущественной сфере. Нигерийские власти объявили о пересмотре некоторых итогов приватизации, в том числе результатов продажи крупнейшей в стране металлургической компании в Аджаокуте. Завод в Аджаокуте создавался с участием Советского Союза, при Обасанджо он перешел в руки индийской бизнес-империи Миттал. Теперь выяснилось, что сделка была незаконной. Оказалось, что сын бывшего президента - Гбенга - получил от покупателя определенную сумму "за консультации", а сам Обасанджо, возможно, способствовал продаже завода по заниженной цене.

После того как обвинения были выдвинуты сразу против двух членов семьи бывшего президента, тучи сгустились и над самим Обасанджо. В национальных СМИ его прямо называют крупнейшим вором за всю историю страны, а время его правления - "годами саранчи". За восьмилетие (два президентских срока) Обасанджо богатейшая страна Африки буквально захлебнулась в потоке нефтяных денег, но счастья нигерийскому народу это не принесло. Никуда не исчезла бедность, а в районах нефтедобычи активизировались сепаратисты и прочие вооруженные формирования, требующие своей доли в нефтяном пироге.

В общем, как выразился один из нигерийских политиков, "медовый месяц кончился". Новому президенту Нигерии понадобился ровно год для того, чтобы взять в свои руки важнейшие рычаги управления страной (включая выборных губернаторов штатов и правящую партию).

Бывший президент смог обеспечить лишь относительно мирную передачу власти заранее избранному преемнику, но так и не стал полноценным "теневым президентом".

Пример Федеративной Республики Нигерии представляет определенный интерес и для других стран, испытавших подобный способ передачи власти. Похоже, что "проблема преемника", о которой много писали, к примеру, в нигерийских и российских СМИ, не имеет прямого отношения к особенностям проведения выборов и подсчета результатов голосования. После выборов можно ожидать "междуцарствия", но оно длится лишь до тех пор, пока не окрепли позиции нового руководителя страны. Его предшественник, в лучшем случае, может рассчитывать на статус, который когда-то получил первый президент России Борис Ельцин. Двух лидеров одновременно в президентской республике, по-видимому, быть не может. Как говорится, президент - он и в Африке президент.

Назад

Наверх