Взгляд	7/4/2008

Король не голый // Россия богата не только гламуром

Иван Григорьев

Советский строй должен был рухнуть уже потому, что советские женщины всякий раз мучились, пользуясь ужасными унитазами. Так комментировал быт Страны Советов мой отец.

Но вот после ремонта санузлов место старого фарфорового друга заняли эстетичные и удобные жакоб-делафоны. Что же, теперь все точно будет в порядке?

"Эстетический локомотив" Евгения Кузнецова

Да, если следовать логике статьи Евгения Кузнецова "Путинский гламур как национальная идея" ("Дело", 25 февраля 2008). "Происходящее вокруг нас прекрасно: и первое выросшее в обществе потребления поколение, и всеобщая гламуризация", - пишет ее автор. Он приходит к выводу, что гламурное общество разбогатеет, станет трудолюбивым и политически сознательным. И в этом смысле его оптимизм, конечно, понятен. Сомнения возникают только в связи с тем, насколько верно трактуется в статье сам феномен гламура.

Попытку определиться с тем, что же такое гламур, в вышедшем год назад романе "Empire V" предпринял Виктор Пелевин. "Гламур - это переливающаяся игра беспредметных образов", - говорит Пелевин. По его мнению, гламур нужен для маскировки подлинного. Его важнейшая задача состоит в том, чтобы выдавать желаемое за действительное. Причем желаемое не столько нами самими, сколько окружающими. Гламуром создается облако символов, за которыми на деле ничего не стоит, кроме стремления что-то символизировать.

Более того, гламур не просто сводится к тому, чтобы выдавать ничто за нечто. Архитектура гламурного описывается еще в пелевинском "Generation П". Главный герой наталкивается на статью журналиста Саши Бло - светского обозревателя, который, если судить по тексту, был "холодным и утомленным существом, писавшим в перерывах между оргиями, чтобы донести свое мнение до десятка-другого таких же падших сверхчеловеков". Каждое слово статьи Саши Бло дышало пороком, овеянным пыльцой дорогих наркотиков, и между тем главному герою было доподлинно известно, что под пышным псевдонимом скрывается "немолодой, толстый, лысый и печальный отец трех детей", который пишет статьи под разными именами на любые темы, чтобы кормить семью.

Пелевинский гламур не похож на тот светлый образ "эстетического локомотива", который мы видим у Кузнецова: скорее всего, Евгений сильно скрашивает это явление. И тем страшнее звучит другое его сильное и очень спорное утверждение, согласно которому гламур - "главенствующий стиль в искусстве, культуре, повседневной жизни и политике" путинской России.

Что, кроме унитазов с инкрустациями?

Гламур строится на забвении реальности, на ее подмене мишурой и блестками, а потому сентенции Кузнецова о том, что "если есть в России сейчас национальная идея, то она в гламуре", значат только то, что национальной идеи в России сейчас вовсе не имеется.

На первый план настойчиво выводится абсолютно вторичное - как с детьми, которые радуются болезни, потому что им не надо идти в школу и их целый день поят чаем с вареньем. О возможных осложнениях, о хлопотах, связанных с лечением, при этом думают взрослые.

Кто эти взрослые для современной России и в чем их задача? Наверняка она не состоит в том, чтобы - по примеру жизнерадостных эстетов вроде Оксаны Робски и Сергея Минаева - красочно описывать жизнь на Рублевке и в московских пиар-агентствах, прелести ночных клубов и все такое прочее. Ведь не может же национальное самосознание и память целой страны быть целиком отдано на откуп персонажу вроде Саши Бло. Хочется думать, что на самом деле это не так.

Хочется думать, что Робски и Минаев просто занимают чужие места. Либо они слишком глупы. И только поэтому им кажется, как в известной сказке, что король - совсем не голый. Более того, им кажется, что он прекрасно одет. Впрочем, полагать так - их сугубо личное дело.

Король действительно не голый, но, в основном, одет усилиями других людей - писателей Пелевина и Иличевского, режиссеров Германа и Лунгина. Хочется верить, что будет осознана и сохранится в памяти версия реальности, альтернативная гламурной и более похожая на подлинную жизнь. Хочется надеяться, что унитазы с инкрустациями не будут впоследствии инвентаризированы историками как наилучшее достижение путинской России.

Назад

Наверх