Комментарии	17/3/2008

Конец сербского тандема

Дмитрий Ланко

Отставка правительства Сербии не стала неожиданностью. В мае на новых выборах никто не сможет получить абсолютное большинство. Но тандем Воислава Коштуницы и Бориса Тадича перестанет работать.

Четыре года назад высшие должности в государстве получили бывший президент Союзной Республики Югославия Воислав Коштуница, ставший в независимой Сербии премьер-министром, и новый президент страны Борис Тадич.

Бывший президент тогда активно поддерживал нового, благодаря чему казалось, что вместе они смогут "своротить горы". Экономика страны под их чутким руководством будет в кратчайшие сроки восстановлена, общество - интегрировано, и Сербия сможет надеяться на вступление в Европейский Союз. У российских политтехнологов такое единство президента и премьера получило название "тандем". Даже выход Черногории из состава союзного государства не смог разрушить тандем Тадича и Коштуницы.

Неизвестно, стало ли провозглашение независимости Косово действительной причиной распада сербского тандема или тому имелись другие причины, тогда как косовский кризис стал лишь громким поводом. Однако год назад в сербском тандеме появилась первая трещина. Коштуница тогда заявил, что создаст коалицию с Сербской радикальной партией Томислова Николича, если Тадич не обеспечит ему кресла премьер-министра. И хотя Демократическая партия Сербии, которую возглавляет Коштуница, финишировала на парламентских выборах лишь третьей, кресло премьера он все-таки получил. Тем не менее, на президентских выборах, состоявшихся в этом году, слова в поддержку Тадича со стороны Коштуницы были практически не слышны.

С того момента, как Косово заявило о своей независимости и ее признали США, а также ряд европейских государств, жить сербскому тандему оставалось считанные дни. Коштуница обвинил Тадича в том, что президент нарушил договоренности по Косово, фактически одобрив признание независимости края европейскими партнерами. Эти обвинения Тадич отрицал, выразив крайнее возмущение односторонним провозглашением независимости Косово.

В свою очередь, Тадич обвинил Коштуницу в том, что премьер нарушил договоренности по европейской интеграции, поддержав погромщиков, атаковавших посольства западных стран в Белграде, в результате чего Сербия чуть не рассорилась с Евросоюзом. Эти обвинения Коштуница даже не стал отрицать и подал в отставку.

Проблема в том, что даже если на майских выборах в Сербии Демократическая партия Тадича получит относительное большинство голосов и премьер-министром станет нынешний вице-премьер Бозидар Делич (или проевропейски настроенный министр иностранных дел Вук Еремич), путь Сербии в Евросоюз займет, как минимум, лет десять. То есть когда наступит счастливый день поднятия в Белграде синего с золотыми звездами флага, политическая карьера и Тадича, и Коштуницы уже закончится.

Понимая это, Коштуница спекулирует на сегодняшних проблемах Сербии, а главной проблемой страны этой весной оказалась независимость Косово. Нельзя недооценивать тот факт, что популизм подобного рода вполне способен привлечь голоса избирателей в условиях расколотого общества.

А общество в Сербии, как показали только что состоявшиеся президентские выборы, действительно расколото. Для половины сербов отдаленные перспективы европейской интеграции не важны, а Косово - важно. Для второй половины - наоборот. На новых выборах, как и в ходе только что прошедшей президентской кампании, Тадич будет играть на этой, второй, половине избирательного поля. И не исключено, что его партия - партия действующего президента - сумеет в мае укрепить свои позиции в сербском парламенте.

Таким образом, Коштунице придется на другой половине поля соперничать с радикалами Николича. И не следует верить тем, кто говорит, будто на этом поле у Коштуницы нет шансов.

Ведь в ходе недавних событий, связанных с погромами иностранных дипломатических представительств, именно Коштуница захватил инициативу в свои руки, убрав полицейских с улиц Белграда. Во всяком случае, в этом его обвиняют американцы. А для сегодняшних сербских радикалов любой политик, который "открыто противостоит" американскому давлению, является своим человеком.

Поддержат Коштуницу и бывшие сторонники Слободана Милошевича из Социалистической партии Сербии, возглавляемой ныне Ивицей Дачичем. В отличие от Николича, Коштуница образован и имеет опыт работы на высших должностях. К тому же лидером Сербской радикальной партии является не сам Николич, а находящийся в Гаагском трибунале Воислав Шешель, который по сей причине участвует в выборах лишь в виде портрета.

Таким образом, нельзя исключать того, что уже в начале лета Коштуница вернется в кресло премьер-министра. Но не как Коштуница - участник "тандема" с Тадичем, а как политик, оппозиционный действующему президенту. Впрочем, ничего страшного для Сербии в этом не будет.

Во Франции, например, президенту Франсуа Миттерану, который четырнадцать лет занимал высший государственный пост, пришлось дважды терпеть оппозиционного премьера. Причем если в первый раз - при премьере Жаке Шираке - это привело к кризису, то во второй - при премьере Эдуарде Балладюре, - напротив, помогло выбраться из кризиса. Иначе говоря, для успешного развития страны тандем из президента и премьер-министра не является обязательным условием.

Назад

Наверх