Комментарии	11/3/2008

Комедия дель марте

Дмитрий ТРАВИН

После выборов мне довелось участвовать в телевизионной дискуссии, подводящей итоги сего действа. Прямо скажем, было скучновато: цели ясны, задачи определены, роли расписаны. Но...

Все происходящее напоминало мне что-то очень знакомое. Хотя явно не из политической сферы. В дискуссиях ведь есть полемика, выстраивание аргументации, реакция на мнение оппонента и, самое главное, напряжение страстей. Но в том телешоу не было ни полемики, ни аргументов, ни реакции. А страсти если и накалялись, то исключительно по причине личной несовместимости участников.

И вот в какой-то момент я понял: мы разыгрывали что-то вроде комедии дель арте - естественно, с поправкой на страну и эпоху. Иначе говоря, мы предлагали почтеннейшей публике очередную вариацию хорошо известной темы, причем за каждым участвующим в этой комедии "артистом" стоял традиционный персонаж с четко заданными характеристиками.

Старик Панталоне - это, конечно, Демократ. Нудно ворчит о том, что до Путина солнце было ярче и вода мокрее. Никто его не слушает, а сам он, произнося традиционные заклинания, даже не пытается хоть как-то тронуть сердца аудитории. Пантолоне вечно обманывают с помощью черного пиара и административного ресурса, но никому его не жалко. Публика лишь потешается.

Арлекин - нахален, плохо воспитан и малообразован. Словом, Единорос. Прикидывается человеком из народа, но давно уже сколотил капиталец, тыря потихоньку имущество, принадлежащее простоватому Панталоне. Работая на публику, Арлекин не гнушается ничем. Особенно хорошо ему удается вылизывание задницы Капитана, которого он на самом деле презирает. Публика смеется проделкам Арлекина, но, чувствуя внутреннее родство, исправно за него голосует.

Пьеро - нечто вроде Арлекина, но неудачник. То есть коммунист. Льет слезы, вечно жалуется на проделки Арлекина, но при этом хочет быть на его месте. Пытается пронять публику рассказом о бедствиях народных. Но публика (то есть сам народ) лишь потешается. В отчаянии Пьеро грозит революцией к 2017 г.

Тарталья - хорошо образован, трусоват. В дель арте - то ли судья, то ли нотариус. В нашем случае - независимый политолог. С одной стороны, пытается продемонстрировать объективность, дабы сохранить лицо. С другой - стремится сохранить еще и задницу, чтобы Капитан не въехал ему по ней сапогом. В итоге извивается ужом, но публике не слишком нравится. Сложноват.

Доктор - образован еще лучше Тартальи. В дель арте - ученый из Болонского университета. В нашем случае - социолог. Выступает обычно в прологе. Зачитывает длинные давно уже никого не интересующие тексты с цифрами и цитатами на латыни. Публика скучает, свистит и требует Арлекина.

И, наконец, сам Капитан. В нашей комедии присутствует незримо, но всем приходится на него оглядываться.

Таковы основные маски. Артисты под ними скрываются разные, и место представления варьируется, но суть неизменна уже много лет. По крайней мере, с тех пор, как Капитан выстроил вертикаль власти.

Я совсем уж было подумал, что реальные живые страсти покинули наше TV, но вдруг случайно посмотрел телевизионную дискуссию об ожидавшемся в тот момент матче "Зенит" - "Марсель". И обнаружил, что все, присущее раньше сфере политики, перекочевало в спортивную сферу: вот где полемика, вот где обилие независимых оценок и смелых прогнозов, вот где участники схватываются в дискуссии, применяя изощренные аргументы и живо реагируя на мнение оппонента.

Смотрел я с интересом. Жалел, что не пригласили поучаствовать (не переквалифицироваться ли в спортивные обозреватели?). Но в какой-то момент опять стал чувствовать, что где-то все это уже видел. Или, возможно, читал.

Дискуссия шла примерно следующим образом:

И дальше в таком же духе. Причем с интересом, с горящими глазами и с чувством огромной значимости обсуждаемого если не для всей мировой общественности, то уж, по крайней мере, для всего прогрессивного человечества.

Спорт - хороший заменитель войны. Консолидация играющих внутри нас страстей вокруг команды лучше, чем консолидация страстей вокруг идеи мирового господства. И даже потасовки на трибунах лучше, чем перестрелки на поле брани. Но у нас сегодня спорт парадоксальным образом оказался заменителем всякой общественной жизни. А может быть, просто жизни?
Ведь дискуссии о политике и экономике, когда-то существовавшие в России, представляли собой не просто динамичное шоу. За ними стоял выбор общественного пути. Но комедия дель марте текущего месяца не имеет отношения ни к какому выбору. Как в политике, так и в футболе выбирают без нас.

Впрочем, есть и разница. В спорте все определяют специалисты, а спор есть лишь приятная форма времяпрепровождения болельщиков. Но в обществе от нашего выбора зависит жизнь. Которая сегодня просто доверена Капитану.

Назад

Наверх