События	26/2/2008

Сергей Ковалев // Отделяться надо лишь в крайнем случае!

Юлия ГОРЯВИНА

В мире сегодня более 200 территорий, либо стремящихся к независимости, либо добившихся ее, но не получивших международного признания. После самопровозглашения независимой Республики Косово, которую сразу же признали многие из ведущих держав (США, Бельгия, Франция, Италия, Великобритания, Хорватия, Германия), эта тема резко актуализировалась и буквально всколыхнула мир.

О нежелании признавать Косово в ближайшее время заявили Кипр, Греция, Словакия, Румыния, Испания. Россия, Китай и Индонезия. В свою очередь, главы Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья собрались подготовить в ближайшее время "план трех непризнанных республик"...

О будущем мира в контексте косовского прецедента рассуждает президент Института прав человека, председатель российского общества "Мемориал" Сергей КОВАЛЕВ (Москва).

- Это очень интересная проблема! Сегодня одни ссылаются на те нормы международного права, которые гласят о нерушимости границ и государственном суверенитете, а другие на те, в которых говорится о праве народов на самоопределение. Налицо кризис международного права, который создает ситуацию, порождающую неразрешимые проблемы (и кстати, кровавые проблемы). Если право народа на самоопределение - святое, фундаментальное право, то благоволите предложить мирный механизм, как им можно воспользоваться. Причем правовой механизм.

Куда этот самый народ должен обратиться? Где должен получить ответ о том критерии, по которому он добивается образования нового государства? Это же относится и к постулату о святости границ и государственного суверенитета. Если речь идет о святых вещах, должна быть сделана оговорка: когда они могут быть нарушены. А если не могут быть нарушены, то необходимо исключить из фундаментальных основ международного права декларацию о праве народов на самоопределение. Пусть ничего не будет, если нет святее государственной границы!
Данное противоречие внутри правовых понятий - одно из самых ярких в нынешней мировой политической системе. Это противоречие превращает вопрос о приобретении Косово государственной самостоятельности в вопрос, никоим образом не связанный с понятием права, в чисто политическую проблему.

- Кажущаяся демократичность права народов на самоопределение относительна и очень опасна. Как только национальное меньшинство получает возможность выделиться в виде отдельного государства, оно тут же становится национальным большинством. И в новом государстве появляются новые национальные меньшинства. Косовские албанцы были меньшинством в рамках большой Сербии. Теперь же в независимом Косово возникло новое национальное меньшинство - сербы, бывшие до того национальным большинством... Действительно, возникает вопрос: а почему они не имеют такого же права на независимость? Получается сказка про попа и его собаку, принципиально не имеющая конца...
Вообще, государство, основанное на принципе моноэтнизма, автоматически дает преимущество титульной нации. Немедленно возникают граждане "первого" и "второго" сорта. Это не демократия. Граждане, как осетрина, могут быть только одного сорта - первого. К сожалению, самоопределение, основанное на этническом принципе, неизбежно порождает граждан "первого" и "второго" сорта. Так, например, обстоят дела в Израиле. Так автоматически будет в Косово.

А что получилось в Абхазии, когда грузин выгнали под страхом смерти при помощи нашей великой родины - России? Выперли 300 тысяч беженцев! А грузины были в Абхазии отнюдь не таким уж меньшинством. Их там было гораздо больше, чем абхазов. А теперь они беженцы. На каком основании? Вот вам стремление к самоопределению этнических групп, вот что из этого получается!

- Когда Норвегия выделилась из Швеции или Словакия из Чехословакии - это единичные бескровные примеры, которые только подтверждают правило. Разумеется, возникают ситуации, когда образование нового государства становится необходимым. Подобное происходит, когда существование внутри большего государства данного этноса становится невыносимым, когда он подвергается таким притеснениям, которым не видно конца. И не остается другого способа борьбы, кроме отделения. Так возникло государство Израиль. Что послужило реальным обоснованием государственной самостоятельности Израиля? - Холокост. История Чечни в некотором смысле - та же история. Что тут делать? Когда в такие обстоятельства попадает народ, то вопрос о выделении становится политически неизбежным и, во всяком случае, обоснованным.

- Я помню бесплодные переговоры с Милошевичем о прекращении в Косово этнических чисток - фактически геноцида - по отношению к албанцам. Милошевич как раз и спровоцировал вмешательство НАТО. С ним говорили, а албанцев тем временем убивали. Что делать? Это "цугцванг" - позиция, при которой любой ход плох.
Малая группа государств выступила в роли и прокурора, и судьи, и судебного исполнителя, осуществив бомбардировки в Сербии. Делать было нечего - албанцы гибли. Но ведь в Косово были не только мирные албанские жители, но и албанские боевики. НАТО, вмешавшись, встало на одну сторону. НАТО должно было прекратить в Косово произвол сербской армии и власти во главе с Милошевичем, но оно не имело морального права не сказать албанским партизанам: "Если вы сами перейдете к этническим чисткам, мы поступим с вами точно так же". Этого не было сделано...

Сегодня вопрос о самопровозглашении Косово кажется мне неразрешимым. Может быть, возникновение нового государства - просто неизбежное зло, чтобы хоть как-то положить конец противостоянию. А может быть, такой подход следует признать односторонним, ибо албанские чистки по отношению к сербам в Косово ничуть не лучше, чем предшествующие чистки по отношению к албанцам...

- Международное право - это фикция, миф. Никакого международного права не существует. То, что называется данным словом, не имеет права называться правом.

Это отражение мирового кризиса - прежде всего правового и в значительной степени нравственного. Данный политический кризис имеет две определяющие стороны. И чтобы выйти из тупика, должна поменяться мировая политическая конструкция, должны возникнуть правовые подходы к разрешению таких запутанных кровоточащих проблем. Наше международное сообщество этого не делает, потому что задеваются интересы слишком многих. Сейчас задеты Испания, Греция, Турция, Молдова, Грузия и Россия. А конца и краю не видно...
В официальной позиции РФ содержится очень опасное лицемерие по отношению к данным кровоточащим проблемам. Вспомним, какую роль РФ сыграла в Абхазии и Южной Осетии, в которых сейчас трудно найти человека, который не был бы гражданином РФ. А грузинские беженцы из Абхазии десятилетиями живут в Москве и Санкт-Петербурге, и им очень трудно стать гражданами России. Это и есть характеристика российской политики в подобных вопросах.

И по вопросу о Косово РФ занимает ту же вероломную и лицемерную позицию: вместо стремления к непредвзятости и учету той взаимной крови, которая текла в попытках разрешения конфликта, РФ безоговорочно встала на одну из сторон.

- Там совсем другие процессы. Этническое меньшинство, стремящееся к независимости, не может, как правило, добиться цели демократическими способами. Не может получить большинства в парламенте, убедить общество в том, что данная проблема существует. Например, в Стране Басков сепаратистская ЭТА не имеет достаточного большинства, поэтому и прибегает к террору. Баски, правда, могут возразить, что они испытывают такое давление, что парламентскими методами им ничего не сделать. Но, похоже, большинство басков не стремятся к отделению. Они предпочли бы жить отдельно, но подобное стремление у них не очень сильное.

Например, во франкоязычной Канаде, где проводился референдум об отделении, сторонники сецессии проиграли, хотя и совсем немного. Проиграли - и ждут следующих выборов. Но баскам такой референдум проводить не дают, и они берутся за гранаты.

- В том-то и беда! Вопросом права, к сожалению, это не стало. Данное противоречие неустранимо в пределах существующего права, а другое право сформулировать не торопятся...

Комментарий // Пилар БОНЕТ, корреспондентка газеты El Pais (Испания) в Москве

- В Испании власть распределена между автономиями; из центра им делегированы определенные полномочия. Проблема в том, что некоторые из автономий постоянно хотят большего - больше отчислений от налогов, больше компетенции. Это ситуация постоянного напряжения, но она отнюдь не означает, что регионы хотят отделяться. В Каталонии есть коалиционное правительство, состоящее из трех сил, в которое входят в том числе националисты-индепендисты, сторонники независимости, предполагающие в перспективе проведение референдума. Но вовсе не значит, что Каталония непременно отделится. Сегодня в Каталонии никто не ставит тему референдума о независимости. Тема референдума о самоопределении актуальна в Стране Басков, но такой референдум законодательно не предусмотрен. И потому баскские националисты, чтобы изменить статус Страны Басков, будут использовать признание Косово как прецедент.

Проблемы Косово и Страны Басков, кстати, разные. Но если территория, которая раньше принадлежала другой стране, провозглашает независимость - это в любом случае пример для других. В том числе для Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии. Все они теперь смогут использовать "казус Косово". На мой взгляд, механический перенос данной ситуации на другие регионы невозможен. Более того, опасен. Но логика сепаратистов, логика общины, которая хочет самоопределиться, станет отныне опираться на косовский прецедент... Конституция Испании не дает права на самоопределение. Ее основу составляет "нерушимость единства испанской нации, общего и неделимого Отечества всех испанцев". Таким образом, конституционно референдум в Стране Басков невозможен. В Конституции Испании говорится о территориальной неприкосновенности. И хотя, по Конституции, Испания не федеральное государство, но по факту - уже квазифедеральное.
На мой взгляд, провозглашение независимости Косово в нынешнем формате - это, с точки зрения международной стабильности, ошибка. Причем позиции всех государств диктуются эгоистическими соображениями, а не заботой об интересах жителей Косово. Иногда создается впечатление, что никто не хочет решать проблемы в пользу жителей. Преобладают геополитика, общие соображения, а не обеспокоенность судьбой конкретных людей...

Назад

Наверх