Комментарии	26/2/2008

Требуется геноцид?

Николай Добронравин

В декларации независимости Косово четко сказано, что образование нового многоэтничного государства - особый случай и "не прецедент для любой другой ситуации".

По мнению составителей декларации, независимость нового государства означает конец процесса роспуска Югославии. Неизбежно возникает вопрос: почему раздел прекращается именно сейчас? Почему Косово имеет право на независимость, а Воеводина, точно так же получившая при Тито статус автономного края в составе Сербии, такого права не имеет?

Но допустим, что Косово и соседние области Балканского полуострова - действительно особый случай. Создание национальных государств в этой части Европы сопровождалось этническими чистками и многократным изменением границ. К концу ХХ в. мировое сообщество устало от "балканизации" Балкан. Чтобы покончить с кровопролитием, международные миротворцы были вынуждены вмешаться в процесс государственного строительства.

Впрочем, ту же ситуацию можно рассматривать и иначе. Во времена Тито федеративная Югославия не была земным раем. Югославы уезжали на Запад, но хотя бы не воевали друг с другом. Когда же возник кризис в отношениях между Сербией, Хорватией и Словенией, США и некоторые европейские страны способствовали распространению конфликта на всю страну, а потом "зачистили" сербский народ за его желание сохранить единство Югославии.

В процессе борьбы Запада за мир на Балканах использовались такие выражения, как "побочный ущерб" (гибель мирного населения во время бомбардировок) и даже "гуманитарная война".

Если оглядеть руины Югославии с птичьего полета, может показаться, что вернулось "время волка". Снова, как при Гитлере и Муссолини, балканский узел рубят, а землю делят на государства первого, второго и третьего сорта.

После капитуляции Сербии и ввода международных сил провозглашение независимости Косово было только вопросом времени. Но стало ли создание нового государства опасным прецедентом для всего мира?

Прецедент, безусловно, есть, но не тот, о котором так много говорят. Отныне, если мировому сообществу не понравится политика "плохого" государства, автоматически возникает право на "гуманитарное" вмешательство. Поддержку извне получает меньшинство, которое на "исторически своей" земле превращается в большинство и приобретает право на самоопределение. Представители прежнего большинства такого права не получают. Характерно, что после провозглашения независимости лидеры Косово заявили о неделимости нового государства в его конституционных границах.

Обещает ли победа Косово успех другим самопровозглашенным государствам? Сами они, безусловно, оживились, чувствуя политическое родство с косовскими албанцами. О признании Косово объявили Северный Кипр, Тайвань и Тамил Илам. В Сомалиленде, который отделился от развалившегося Сомали в 1991 г., надеются, что африканские миротворцы смогут сыграть в этом непризнанном государстве ту же роль, что и КФОР в Косово. Об очевидном сходстве ситуации заговорили и в Иракском Курдистане, который самостоятельно развивает экономические отношения с внешним миром и фактически находится под опекой США.

Однако уже сегодня становится ясно, что для международного признания нового государства недостаточно желания большинства жителей отделившейся территории. Недостаточно провозгласить независимость. Как ни печально, требуется геноцид, чтобы оправдать ввод иностранных сил - гаранта мира и порядка.

По сути дела, подобное требование напоминает те, которые предъявляются в Европе к беженцам. Как известно, чтобы получить статус беженца, недостаточно заявить, что на родине бедного руандийца или эфиопа "достали" нищета и рост цен. Миграционные службы должны убедиться в том, что претендент на убежище спасался от угрозы гибели или пыток (в национально-государственном варианте - от геноцида и этнических чисток).

Именно эти аргументы сейчас используются в Судане. Южный Судан фактически уже почти достиг независимости - референдум о будущем нарождающегося государства назначен на 2011 г. В Дарфуре геноцид и присутствие миротворцев создают условия для отделения местных "африканцев" от "арабского" Судана. Раздел Судана по югославской модели к 2011 г. вполне реален.

Впрочем, и этнические чистки, по новой модели самоопределения, не всегда дают право на отделение. Например, практически нет шансов на международное признание у тамильского государства на Шри-Ланке и у турецких курдов. И курдов, и особенно тамилов в Европе и США обвиняют в терроризме, а террористы, похоже, на государственность рассчитывать не могут. "Ящик Пандоры" для таких территорий и народов не откроется.

Есть и более сложный случай, когда Косово при желании тоже можно считать прецедентом - например, для Страны басков, Фландрии или Гренландии. Эти территории, несомненно, развиваются в направлении независимости, но стараются избегать участия в конфликтах и миротворцев к себе не зовут. Косово такие "тихие сепаратисты" восприняли как пример мирного решения проблемы.

Что касается российских политиков, то им, вероятно, не следует отрицать право наций на самоопределение по гренландской модели, но в то же время имеет смысл выступить против "гуманитарных войн". Такой прецедент, как говорится, нам не нужен.

Назад

Наверх