Комментарии	28/1/2008

Ловцы человеков

Игумен Вениамин (Новик)

Владимир Воронин получил из рук Алексия II премию. Вероятно, президент Молдовы рассчитывает на российскую помощь в решении межцерковных проблем, основной из которых является внутриправославный раскол.

Дело в том, что Румынская Православная Церковь учредила (1992 г.) в Молдове, которую РПЦ считает своей канонической территорией, Бессарабскую митрополию, а затем в ней же (октябрь 2007 г.) новые епархии с центрами в городах Бельцы, Кантемир и Дубоссары. Сегодня в новой митрополии около 300 приходов. Для сравнения, у Московской Патриархии (МП) в Молдавии около 1100 приходов.

Конфликт сопровождается исками в Европейский суд по правам человека, который, строго следуя принципу свободы вероисповедания, встал на сторону Бессарабской митрополии. Правительство Молдовы ее вынужденно зарегистрировало (2002 г.), а позже признало правопреемницей митрополии, действовавшей на этой территории в 1918-1944 гг., когда Молдавия входила в состав Румынии.

До 1812 г. Молдавская церковь была в юрисдикции Константинополя. Общее правило таково: усиление политического присутствия всегда влечет за собой увеличение соответствующего присутствия церковного.

В отличие от Католической церкви, которая управляется из одного центра - Ватикана, 15 поместных православных церквей автономны. Все они признают историческое первенство ("примат чести") Константинопольского патриарха, но не подчиняются ему. Поместные церкви создавались по национальному признаку, и их границы, как правило, совпадали с государственными, но эти границы много раз в истории перекраивались.

Для православия этот процесс всегда был очень болезненным. Возникали новые церковные структуры, а старые упрекали их в нарушении древнего принципа: "Один город - один епископ", принятого на Первом Вселенском соборе (325 г.). Неудивительно, что распад СССР повлек за собой массу проблем для РПЦ.

Сегодня, таким образом, имеется некоторое противостояние Москвы и Бухареста в вопросе церковного влияния в Молдове. На каждый принцип в политике есть свой антипринцип. Такова диалектика. В данном случае церковно-политическое смысловое поле обозначено целыми семью конфликтующими принципами:

- Каждая церковь, естественно, стремится расширять сферу своего влияния.

- Древние каноны утверждают наличие только одного епископа в одном городе (районе), что формирует понятие канонической территории; Румынская Церковь фактически формирует церковные структуры, параллельные московским. Это явная каноническая бестактность.

- В условиях светского государства понятие канонической территории утрачивает свой государственно-юридический смысл (моральный и канонический внутрицерковный смысл остается - именно к нему апеллирует МП).

- Границы национальных церковных округов могут не совпадать с границами государств. СССР распался, а РПЦ сохранила епархии в бывших республиках.

- Конституционный принцип свободы вероисповедания не исключает наличия для граждан одной страны юрисдикционной зависимости от зарубежных религиозных центров. Этому принципу особенно противятся власти, рассматривающие такое "двойное гражданство" как подрыв национальных устоев. Москва - тоже для Молдовы теперь заграница, но, видимо, для коммуниста Воронина все же меньшая, чем Румыния.

- Демократический принцип вынуждает власти считаться с религиозными правами населения. Люди любого региона вправе выбирать себе не только вероисповедание, но также ту или иную юрисдикцию.

- Каждое государство авторитарного типа стремится иметь единую национальную церковь для упрочения державы.

Разумное решение проблемы в наше время не должно носить, по возможности, явного конфронтационного характера, и при наличии доброй воли ищется в виде некоего компромисса между заинтересованными сторонами.

Можно предположить, что в Молдове имеется немалое количество людей, более ориентированных на близкую по культуре Румынию, чем на Россию. Для них это не вероисповедный выбор (Румынская церковь и Московская - равно православные), а цивилизационный. Как бы ни было обидно, но здесь РПЦ приходится расплачиваться за старые долги коммунистического тоталитаризма, за свою подчиненность этому режиму. Не секрет, что сегодня нас много где не любят.

Ситуация в Молдове не единственная. Нечто похожее происходило после распада СССР в Эстонии, где часть приходов РПЦ решила вернуться под юрисдикцию Константинополя; на Украине, где уничтоженная Сталиным в 1946 г. Греко-Католическая церковь возобновилась в Римской юрисдикции, стала возвращать себе храмы (отнимая их у РПЦ); и даже в Англии, где часть приходов ушла под Константинополь.

"Константиновская эпоха" в жизни церкви закончилась. В условиях свободы, без имперской поддержки церкви должны думать о своей привлекательности для людей, быть, во исполнении слов Спасителя, "ловцами человеков". Насильно, как говорится, мил не будешь.

Кроме того, не всегда сложные церковно-канонические, культурные и исторические вопросы решаются только политическими и дипломатическими методами. Основным принципом сегодня остается демократический принцип доброй воли и свободы вероисповедания, чему и следует в своих решениях Европейский суд. Чем раньше это осознают посткоммунистические лидеры, тем это лучше будет для всех сторон.

Назад

Наверх