Туризм	28/1/2008

Янтарный мир Литвы // Вильнюс и Тракай

Дмитрий ТРАВИН

Для начала надо забраться к башне Гедиминаса и оттуда взглянуть на лежащий внизу Вильнюс. Скромная высота холма не разрывает связи с городом. Он здесь, рядом. Он не ушел еще вниз. Он раскрывается отдельными домами и улицами. Когда впоследствии вы подниметесь к Трем крестам, впечатление будет иным.

От этого монумента францисканским монахам, принявшим мученическую смерть по вине язычников, Вильнюс уже представляется единым целым - теплым, желто-белым пространством города, окаймленного холодноватой зеленой цепью лесов и холмов. Город - большой и просторный, несмотря на то, что изнутри он - обычное для средневековья сплетение узких извилистых улочек. И в этом, пожалуй, главное отличие Вильнюса от Таллинна, с которым по идущей с советских времен традиции его в первую очередь тянет сравнить.

От Urbi к Orbi

Если хочется ощутить дух средневековья, то ехать все же надо в Таллинн. Редкий европейский город может с ним в этом сравниться. Вильнюс, во всяком случае, не конкурент. Или, точнее, Вильнюс обладает одним уникальным готическим шедевром - редким по красоте миниатюрным костелом св. Анны, который, по легенде, Наполеон хотел положить на ладонь и унести с собой в Париж. Там он составил бы достойную пару красавице Сен-Шапель. Но, к счастью для Вильнюса, св. Анна по-прежнему стоит на брегах Нериса.

Готическая устремленность к небу в этом скромном костеле ощущается гораздо лучше, чем в гигантских тяжеловесных храмах Западной Европы. Исключение, возможно, составляют Кельнский и Миланский соборы, но они достраивались уже в иные эпохи. А св. Анна - истинная готика: как по времени создания, так и по духу. Перед ее сплетенным из тонких кирпичных линий фасадом можно часами размышлять о неисповедимости путей господних. Но стоит отойти в сторону - и чары развеиваются. Не спасают даже узкие улочки - схема средневековья есть, самой же старины нет. Поэтому гнаться за прошлым лучше в Таллинне, а в Вильнюсе надо, скорее, вдыхать простор.

В Таллинне есть три видовые площадки, с которых город предстает картинкой из рождественской сказки - серый камень, красные крыши. Весь Таллинн никогда не видишь. Чувствуешь себя внутри. Внутри города, а значит, внутри сказки.

В Вильнюсе чувствуешь себя снаружи. Такое чувство возникает и у Трех крестов, и еще с одной панорамной точки, находящейся в стороне от центра, сверху над долиной речки Вильны. Грань между Urbi и Orbi здесь расплывается, уступая место гармоничному единству города и мира. Связь между божьей природой и человеческой культурой ощущается в Вильнюсе даже лучше, чем в близких ему, в общем-то, по духу польских городах - Варшаве, Кракове, Львове.

В Вильнюсе мало что нужно всерьез детально рассматривать. Этот город создан, скорее, для неспешных прогулок и размышлений. Даже уютные университетские дворики, которыми автор сих строк откровенно восхищался в конце 70-х (в дни первой своей поездки в Вильнюс), померкли с тех пор на фоне университетских двориков Оксфорда и не привлекают столь пристального внимания, как раньше. Но есть, впрочем, одно исключение...

Модель вселенной

Даже если вы не любитель неспешных прогулок и размышлений, даже если вы не в силах забраться к башне Гедиминаса или к Трем крестам, все равно стоит приехать в Вильнюс ради того, чтобы увидеть сверкающий белизной интерьер барочного костела Петра и Павла.

Снаружи он ничего собой не представляет, но внутри - совсем особый мир. То, что сделали там итальянские скульпторы Г.П. Петри и Г.М. Галли, можно сравнить, пожалуй, лишь с базиликой Санта-Мария-Маджоре в Бергамо (см. мою статью "Альпийская поэма", "Дело", 16 июля 2007). Там, как и в вильнюсском костеле Петра и Павла, по сути, создана католическая модель Вселенной. Стены и своды населены большим числом скульптурных фигур, и прихожанин, явившийся в храм, видит над собой прекрасный мир небожителей. Он видит то, к чему в большей или меньшей степени устремлена вся его земная жизнь.

Интерьеры храмов формируют чувство осмысленности этой бренной земной жизни. Перед верующим открывается его дальнейшая, посмертная, судьба, и выглядит эта судьба, надо признать, весьма неплохо.

В Бергамо небеса обетованные четче, конкретнее, насыщеннее. Там над нами парят десятки и даже сотни плотных телесных фигур. В Вильнюсе же ощущение иное. Небеса населены не столь густо. У скульпторов, создававших украшение сводов, больше вкуса и, похоже, больше веры. Страсть, с которой их герои стремятся ввысь, поражает и заражает. В стенах этого чистого светлого храма можно по-настоящему уверовать.
В Вильнюсе много хорошего барокко. Стоит взглянуть, например, на алтарную часть костела св. Иоанна, куда попадаешь через один из университетских двориков. Прекрасны хорошо сохранившиеся ворота Базильянского монастыря. Но интерьер Петра и Павла занимает все же особое место. Это наряду со св. Анной - шедевр мирового значения.

И еще один шедевр мирового значения находится в 28 км от Вильнюса - это Тракайский островной замок...

Остров утраченного времени

За последние годы идея монументальной пропаганды охватила Вильнюс. Возле кафедрального собора восстанавливается существовавший когда-то старинный замок. С боку от него стоит конная статуя Гедиминаса с мечом в руке. А по другую сторону собора восседает каменный князь Миндаугас.
Есть в разных уголках города и другие скульптуры далеких предков. Все они - творения в духе хорошо знакомого нам Ильи Глазунова. Красиво и очень благородно. Дух возвышает. Но к реальным героям это вряд ли имеет какое-либо отношение. Скульпторы разрушают историю, конструируя приглаженный миф. Но, в отличие от монументов легендарных предков, Тракай - это сама история.

В Европе сохранилось множество старинных замков. По большей части, горных, доминирующих над окружающей местностью. Таких, как, например, Карлштейн в Чехии, Градара в Италии, Гейдельберг в Германии. Есть замки, стоящие в центре больших городов и, к счастью, почти не перестроенные - Тауэр в Лондоне, Кастелло Сфорцеско в Милане, графский замок в Генте. Имеются, наконец, чисто равнинные твердыни: Мальборк в Польше, Фужер во Франции, а также совсем близкие к нам крепости, смотрящие друг на друга с русского и эстонского берегов реки Нарвы.
Тракай - особый мир, стоящий на острове посреди озера. Таких замков в Европе немного. Есть, например, Шильонский, расположенный в швейцарском городке Монтре. Он овеян легендами, связан с именем Байрона. Но нет в этом облагороженном цивилизацией месте той дикой красоты, что сохранилась в Тракае.

Литовский замок, стоящий на фоне леса и озера, как будто выплывает прямо из XV века. И чудится там, что по ночам в Тракае блуждает еще дух князя Витаутаса. И верится в то, что замок его соединен гигантским подземным ходом с самим вильнюсским замком.
В вильнюсском замке - новоделе, который обещают достроить к 2009 г., - вряд ли явится вдруг мысль о привидениях или таинственных подземельях. А в Тракае чудеса сами приходят на ум. Ведь это один из немногих в Европе островов утраченного нами далекого времени. Той эпохи, которую так сложно понять и тем более реконструировать.

Назад

Наверх