Комментарии	24/12/2007

Сальдо-бульдо

Самуил Лурье

Так если разобраться - год был как год. Ничего такого выдающегося. На всей территории страны, как обычно, царило беззаконие. На него не обращали внимания, все равно как на плохую погоду.

Нас, людей экономкласса, что связывает с государством? Телевизор и кошелек, больше ничего. Телевизор проявлял бесстыдство. Оболванивал изо всех сил. Убеждал, что лишь тот достоин жизни и свободы (и ордена за заслуги 4-й степени), кто не краснея споет:

Мы тебя любим сердечно,

Будь ты начальник наш вечно!

Наши зажег ты сердца,

Мы в тебе видим отца!

(Слова Н.В. Гоголя. Это хор аферистов из комедии "Игроки").

Кошелек держался, в общем, замкнуто. И не сказать, что растолстел.

Хотя у кого как. В зависимости от приложенных усилий. Видите ли, в России крайне низкая производительность труда. Поэтому трудящимся - это такая соц. прослойка, численностью миллионов 20 - роскошествовать даже и не к лицу. Опять же инвалидам труда и его ветеранам надо думать о душе, а не о пенсии.

Деньги не любят тех, кто трудится. Они к таким не идут. А идут к тем, кто работает. В говорильнях ли, в органах. К депутатам, чиновникам, генералам. К начальникам, короче говоря.

- Ах, как я работал все эти восемь лет! Как раб на галерах!

Соответственно и вознагражден. Согласно подсчетам политолога Белковского, Тот-кто-работал-больше-всех, стоит теперь примерно $ 40 000 000 000. Акции "Газпрома", плюс какие-то сургутные, плюс алхимический насос в городе Женева ("Gunvor": превращение нефти в золото круглосуточно без выходных).

Прямо не верится. Объем работы буквально невподым. Газета "Гардиан" тоже усомнилась, позвонила в Кремль: что ли, кроме шуток, сорок миллиардов? Это же по размеру третий в мире частный капитал.
А пресс-секретарь ей отвечает: в настоящий момент никто не может подойти к телефону, оставьте ваше сообщение после звукового сигнала.

Кто лично меня убедил - это Проханов. У него тоже про эти миллиарды спросили в прямом радиоэфире: правда ли, дескать, или подбросили враги. Так он, вообразите, нет чтобы впасть в добродетельный гнев, а скромным таким голосом мурлычет - типа некрасиво рыться в чужом кармане, и:
- Есть вещи, на которые следует закрыть глаза.

Вот и я думаю. Такие вещи есть. Давайте их сосчитаем и смежим, так сказать, веки.
Про беззаконие см. выше. Из имеющихся юридических норм применяются на практике лишь бессмысленные и бесчеловечные, главным образом - для беспрепятственного попрания всех остальных (см. хотя бы Прописка; см. Митинги и шествия; и т.д., и т.п.). Потупим же взгляд.

А также гражданский долг повелевает зажмуриться и не видеть в упор, как празднует победу над страной ГБ. Как органы захватили власть и расхватывают собственность. Сколько народу положили социализма якобы ради, но вот и до чистогана дорвались. А им по фигу, как строй называется. Главное - чтобы он без них ни шагу.
Без топтунов, без вертухаев, без бюрократов политсыска - впрочем, все они, как один, представляются шпионами.

Восемь лет работали не покладая, добились: РФ не стала нормальной европейской страной. Опять оказалась местом лишения свободы.
Глянем сквозь пальцы, ничего не поделаешь. Раз в России такое море лампасов и погон, ей нужно очень много врагов. То есть надо засорить ей мозги ферней, чтобы мыслила превратно. Скажем, от Америки она за всю историю не видела худого - значит, Америка-то ей и враг. А госбезопасность, наоборот, - родное сердце. И Сталин.

А интеллигентов не осталось, чтобы про это хоть пошутить. Такой прослойки больше нет, - сообщают идеологи, ликуя. Даже убивать почти никого не понадобилось. Так, двоих, троих, полдюжины. Некоторые умерли сами. А прочую массу просто уронили в помойное ведро да и не стали доставать, руки пачкать.
Так вот, сомкнем ресницы. Станем думать о приятном. О Рождестве в обоих вариантах, об удвоении Нового года. Хорошо тому живется, кто освоил старый стиль.

В конце концов, по крайней мере половина человечества проживает в таких государствах, где никакой свободы нет в помине и политика никому не интересна. В странах, которые не производят идей. Даже не производят вещей, а продают свои сырые вещества. Где публичная речь пропахла публичным домом. И пометом единорогов луговых. Где жизнь коротка, но от нее быстро устаешь. Где старость - полоса позора и отчаяния.
Живут себе люди, не чувствуют дурного запаха, привыкли. Бывают счастливы в быту.

Так-то, вообще-то, год был ничего себе. С выборами. Кое-где выбили 109 из 100 - до такой степени едины народ и партия.
Лишь бы нефть не подешевела и предводители не передрались. Самое лучшее - вообще не смотреть в ту сторону. И не слушать бешеных дураков. И все как-нибудь обойдется. Чего и желаю.

Назад

Наверх