Туризм	22/1/2007

Духовный центр даосизма // Китайские наблюдения

Архимандрит Августин (Никитин)

В ущелье Юйсюе в Сычуани родился, согласно поверью, легендарный герой Юй, первым в Китае обуздавший реки и спасший земляков от наводнений. А древнекитайский гидротехник Ли Бин построил в бассейне реки Миньцзян гидроузел Дуцзянъянь.

Одно из чудес света

Город Дуцзянъянь расположен в 60 км к северо-западу от Чэнду - столицы провинции Сычуань. Именно здесь в уезде Гуансян, на реке Минцзян ("цзян" - с кит. "река") находится всемирно известное древнее сооружение - Дуцзянъянь. Цель грандиозного строительства - ввести буйную реку в нормальное русло и обезопасить плодородную пойму от частых разрушительных наводнений.

Фантастический по тем временам проект был разработан и осуществлен при участии местного правителя Ли Бина (и продолжен его сыном), который жил при императоре Чжаоване (династия Цинь, 221-206 гг. до н.э.). Об этом сооружении говорят как об одном из мировых чудес.

Вагончики на электрической тяге подвозят туристов к площадке, откуда начинается древняя каменная насыпь. В настоящее время плотина Дуцзянъянь состоит из водозабора и водораздела вдоль реки. В 2000 году Дуцзянъянь был внесен ЮНЕСКО в список мирового культурного наследия.

Но Дуцзянъянь славен не только дамбой. Глаз радуют изящные храмы, возведенные в память о завершении строительства и в честь древних "гидротехников". На высоком мысу, там, где укрощенная река Мин разделяется на два потока (узкий стремительный и широкий плавный), в 168 году н.э. был воздвигнут даосский храм Фулун.

О пользе недеяния

Основатель даосизма Лао Цзы родился в 604 г. до н.э.; он проповедовал учение, сформулированное им в книге "Дао Дэ Цзин". Эта книга была очень популярна в период правления династий Цинь и Хань (206 г. до н.э. - 220 г. н.э.), а позднее, в эпоху Тан (618-907 гг.), Лао Цзы был даже канонизирован.

Если вкратце: Дао - неявная природа абсолютного бытия. Один из основных прикладных тезисов - недеяние часто бывает гораздо эффективнее бурной деятельности.

"Поднебесную берут посредством недеяния. В Поднебесной множатся запреты, а народ все больше беднеет, в народе много острого оружия - в стране усиливается разлад, у людей искусность увеличивается - и каверзы становятся в почете, законы и приказы возрастают - воров и разбойников становится все больше. Поэтому премудрый человек и говорит: "Я нахожусь в бездействии - и народ сам преобразуется, я предаюсь покою - и народ сам исправляется, я пребываю в недеянии - и народ сам богатеет".

На левом крутом берегу реки высится еще одно даосское святилище - храм двух царей (494 г. н.э.) "Два царя" - это Ли Бин ("отец" проекта) и его сын Э Лань (Er Lang). Внутри храма - статуи обоих укротителей водной стихии. Позади храма уже в наши годы была устроена терраса в память того, что в 1958 году здесь побывал "любимый вождь и учитель" товарищ Мао.

В 1949 году Китай отверг Дао и пошел путем Мао. В итоге - миллионы погибших в "лагерях перевоспитания" и умерших от голода в годы "великого скачка". Здесь снова уместно напомнить афоризм из Лао Цзы: "Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует".

В 15 км от Дуцзянъяня высится гора Цинчэн; ее высочайший пик взметнулся на высоту 1600 метров. Цинчэн - одно из святых мест даосизма, изобилующее монастырями и другими культовыми сооружениями. Здесь более ста пейзажно-архитектурных достопримечательностей.

В 142 году до н.э. даосский проповедник Цзянь Лин (Zhang Ling) основал на склоне горы Цинчэн первую обитель. Таким образом, эта гора стала одним из древних духовных центров даосизма. А в начале третьего века н.э. гора Цинчэн упоминалась в летописях как одна из 18 священных гор и рек страны. Ныне, по решению ЮНЕСКО, Цинчэн внесена в перечень культурных ценностей "Всемирного наследия человечества". До 1949 года в здешних обителях подвизались до 500 монахов; ныне их осталось около 100 человек. Наиболее хорошо сохранился храм Jianfu, стоящий в начале пути к горной вершине.
Если посмотреть на план горы Цинчэн, то можно увидеть, что паломническая тропа делает большой круг с незначительным "хвостиком" к вершине. И от храма Jianfu можно отправиться в путь либо по часовой стрелке, либо против. Однако большинство пешеходцев забирают влево - по часовой, поскольку тропа уходит вверх не так круто. Описывать здешние водопады, ущелья и прочие красоты нет смысла - это надо видеть.

И наших, и ваших

Каждый лаовай (иностранец) здесь на виду. Меня окликает пожилой китаец - глава семейства, шествующего по пути Дао. Он радостно восклицает: "Эмэйшань! Эмэйшань!" Начинаю припоминать: неделю назад мы повстречались со "святым семейством" при восхождении на одну из буддийских "мекк" Китая - гору Эмэйшань, что в юго-западной части провинции Сычуань.

Задаю попутчику естественный вопрос: кто он по вере? Буддист или приверженец даосизма? Ведь на Эмэйшани он ставил свечи перед буддийским жертвенником, а здесь мечет поклоны перед даосским алтарем. Китаец невозмутимо объясняет жестами: мол, почитаем "и наших, и ваших".
Оставив "двурушника" с его семейством у очередной кумирни, продолжаю восхождение. На очереди - храм Tianshi, стоящий на полпути к вершине. Здесь устроен хороший привал для паломников: гостям предлагают не только передохнуть, но и перекусить.

Простившись с Tianshi, снова выхожу на тропу. На подходе к храму Chaoyang начинают появляться встречные паломники. Это немного удивляет: ведь еще не наступил полдень, как же они успели обернуться так быстро? Вот, наконец, и "верхний" храм Shanqing. Тут-то и становится понятно, в чем секрет "быстроногих". Оказывается, в последние годы сюда проведена канатная дорога! 15 минут полета - и вы в дамках. Ну а спуститься вниз можно своим ходом, навстречу пилигримам, "по-честному" бредущим к вершине.
От храма Shanqing тропа уходит еще выше, туда, где видна семиярусная 30-метровая пагода Huying. При входе в пагоду - строгий привратник: "Внутри фотографировать запрещено!" А запечатлеть-то есть что. Весь интерьер занимает гигантская скульптурная композиция: Лао Цзы, восседающий на буйволе. Позолоченная скульптура основателя даосизма уходит под самый свод пагоды; рост буйвола "в холке" метров 15, туловище всадника - еще столько же.

С верхнего яруса пагоды взору открывается дивная картина: на склонах гор зеленеют поля, мирно пасутся буйволы, крестьяне с большими корзинами за спиной собирают урожай - сельская идиллия... Как будто и не было раскулачивания, коммун, голодомора...
Здесь весьма уместно вспомнить слова Лао Цзы, обращенные к "харизматическим лидерам" всех времен и народов, к тем, кто был одержим "бредом сверхценной идеи": "Оставьте вашу "святость" и ваше "благоразумие", и народ будет во сто раз счастливее. Оставьте ваше "добродушие" и вашу "справедливость", и народ вернется к прежней любви между детьми и родителями. Оставьте ваше хитроумие и ваши расчеты, и не будет больше воров и разбойников. Достигнуть этих трех вещей нельзя одной внешностью. Для этого нужно быть более простым, свободным от страстей и менее умствующим".

Назад

Наверх