Взгляд	12/12/2005

Ложь Великой Отечественной // Врать не мешай. Не любо - не слушай? // Потери советские и немецкие

Вячеслав КРАСИКОВ

Власть имущие, начиная с доисторических времен, всегда уделяли повышенное внимание контролю (разумеется, с учетом собственных интересов) за новостями и слухами. И самое главное - вариантам их интерпретации. Особую важность заботы такого рода приобретали в периоды конфликтов с соседями. Естественно, не попала в разряд исключений и наша последняя большая война - Великая Отечественная. Однако с подробным освещением и анализом вопросу информационно-пропагандистского противоборства 1941-1945 гг. не повезло. Оно по сей день остается почти не тронутым "белым пятном" советско-российской историографии.

На старые грабли

Почему ученые мужи сторонятся столь любопытной и вроде бы "победной" темы? Ответ прост - на самом деле она весьма скользкая. Занявшись ее более-менее глубокой и объективной разработкой, неизбежно натыкаешься на "подводные камни" и "двойное дно". Широкой же публике нравится читать про героев и подвиги. Чувствовать себя сопричастной к великим свершениям.

Что тут поделать? Такова уж ментальная доминанта русского народа. Не любит он копаться в былых неудачах, предпочитая их побыстрее забыть (и вновь наступить на старые грабли). Отчего и исследовать подобные вещи - занятие неблагодарное. А учитывая многократные колебания политического настроения "кремлевских сидельцев" разных эпох, зачастую и опасное.

Впрочем, будем надеяться, что все неприятные неожиданности цензурного плана уже навсегда остались в прошлом. И попробуем хотя бы бегло обозначить наиболее интересные "рифы" информационной войны с германским фашизмом.

Как и любое слагаемое ратного искусства, упомянутый вопрос подразделяется на тактические и стратегические аспекты. Наверное, не погрешим против логики, если основное внимание уделим последним. К ним, в первую очередь, относится работа с собственным населением, а также с "друзьями" и "зрителями", т.е. с правительствами и общественным мнением союзников и нейтральных государств.

"Продукт", предназначенный для "внутреннего употребления", должен, конечно же, в основном, сплачивать и вдохновлять. С "продуктом", предназначенным для соседей, дело обстоит сложнее. Тут требуется создавать впечатление с учетом нужд текущего момента. Чаще демонстрировать уверенность. Иногда вызывать сочувствие. Но самое главное - во всем соблюдать строжайшее чувство меры и здравого смысла. К сожалению, именно этих чувств советскому информационному полю не хватало чаще всего. Обратимся за иллюстрацией к реальной истории.

Как лгало Совинформбюро

Не мудрствуя лукаво, будем придерживаться хронологии - взглянем на самое начало войны. Например, сообщение советского Информбюро об итогах первых сражений гласило: "Отрезанные нашими войсками от своих баз и пехоты, находясь под непрерывным огнем нашей авиации, мотомехчасти противника оказались в исключительно тяжелом положении. За 7 дней боев они потеряли 2500 танков и около 1500 самолетов, более 30 000 пленными. Наступательный дух германской армии подорван".

Иными словами, у немецких сил вторжения всего за неделю якобы выбили две трети бронетехники и почти половину авиации. На самом деле неприятель к концу июня 1941-го, как известно, уже занял Минск, вышел к Западной Двине и столь же стремительными темпами продолжал продвигаться вглубь территории СССР. Кого и зачем пыталось обмануть советское руководство примитивным враньем? Ведь очевидное все равно пришлось вскоре признать. Однако негативный эффект "выпущенного воробья", которого уже "не поймаешь", разумеется, остался.

К сожалению, и в дальнейшем никаких выводов из ошибок в Москве не сделали. Совинформбюро продолжало лгать удивительно наивно. Причем даже в тех случаях, когда вполне можно было просто промолчать. Например, в августе-сентябре 1941 года у озера Ильмень оказались разгромлены 11-я и 34-я армии Северо-Западного фронта, пытавшиеся перейти в наступление во фланг германской группе армий "Север" (с целью облегчить положение Ленинграда). Особенно досталось 34-й армии. Ее штаб потерял управление войсками, и они в панике бежали. Потери советских частей достигли 60% живой силы и 80% техники (именно здесь немцы взяли в качестве трофея первую "катюшу") от изначального состава. Узнав об очередном поражении, Сталин рассвирепел и снял с должности командующего Северо-Западным фронтом генерала П.П. Собенникова. А командира 34-й армии К.М. Качанова приказал расстрелять.

Берлин, естественно, не преминул сообщить о своем новом успехе в ежедневной сводке по радио, похвастав, что взяты 53 000 пленных и уничтожены 320 танков. Но в масштабах всего советско-германского фронта это достижение не выглядело чрезмерно выдающимся. Красная Армия все еще попадала в окружения и откатывалась назад. Поэтому не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться о том, какие крупные потери она несет. Тем не менее, Совинформбюро зачем-то вдруг разразилось пространным опровержением: мол, это не у нас, а у немцев в окрестностях Ильменя огромные проблемы.

Несуразность подобного высказывания поразительна вдвойне, поскольку как раз в то же самое время Сталин слал Черчиллю жалостливые телеграммы, просил экстренной помощи в виде вооружения (минимум 400 самолетов и 500 танков ежемесячно) и готовых войск (25-30 английских дивизий). Излишне пояснять, какую реакцию подобные ребусы вызывали в Лондоне. Однако отечественная историография почему-то по сию пору упорно удивляется и сердито пеняет союзникам за недоверие. А также за то, что они значительно чаще предпочитают пользоваться немецкой статистикой, чем советской. Но кто виноват в том, что германская информация времен Второй мировой войны действительно выглядит несоизмеримо умнее и правдоподобнее?

Уроки доктора Геббельса

Если оставить за скобками моральные оценки, то нельзя не признать, что главный противник сталинского пропагандистского ведомства - доктор Геббельс, руководивший в Третьем Рейхе аналогичным заведением, - врать умел. Порой делал это виртуозно - сводил концы с концами в самых двусмысленных ситуациях.

Кстати, как-то в кругу единомышленников он обронил фразу про ложь. Мол, чем она нелепей и чудовищней, тем легче в нее верят. Сей господин потом наговорил еще много чего. Часто совершенно противоположное по смыслу. Однако в СССР (а теперь и в России) именно это его высказывание почему-то приобрело просто феноменальную известность. Может быть, потому, что врала и врет наша пропаганда как раз нелепо и чудовищно. Вплоть до смешного.
Обратимся снова к фактам. В мае 1942 года под Харьковом попали в окружение и перестали существовать сразу несколько советских армий (6-я, 9-я, 57-я и "группа генерала Бобкина"). Берлинская сводка сообщила о пленении 240 000 человек. Совинформбюро традиционно опровергло. Впрочем, самое любопытное даже не это. А то, что официальная российская наука о прошлом и ныне с маниакальным упрямством продолжает оспаривать данные бывшего противника.

Продолжает, хотя их в своих мемуарах подтвердил сам Н.С. Хрущев, являвшийся одним из главных виновников того поражения. Он вместе с маршалом С.К. Тимошенко как раз и загнал войска в ловушку. Понятно, что напрасно обвинять себя в подобных грехах никто не станет. Но отдадим должное Никите Сергеевичу, нашедшему в себе мужество написать правду. Заглянем в его воспоминания: "Поэтому я ехал, летел и шел к Сталину, как говорится, отдаваясь на волю Судьбы. Что станет со мною, не знал. Встретились. Сталин поздоровался... говорит мне: "Немцы объявили, что они столько-то тысяч наших солдат взяли в плен. Врут?" Отвечаю: "Нет, товарищ Сталин, не врут. Эта цифра, если она объявлена немцами, довольно точная. У нас там было примерно такое количество войск, даже чуть больше. Надо полагать, что частично они были перебиты, а другая их часть, названная немцами, действительно попала в плен".
Для умелого использования даже относительно простого оружия обязательно необходим профессиональный вдумчивый подход. А столь тонкий и обоюдоострый инструмент, как информация, требует интеллектуального обслуживания вдвойне. Но отечественная система выдвижения руководящих кадров в 1941-1945 годах оказалась традиционно неэффективной. И не только на пропагандистском фронте. Поэтому и победу пришлось добывать в обычном российском стиле - без меры перерасходуя огромные материальные средства и неся совершенно не оправданные гигантские потери в людях.

Законы жанра требуют оставить под конец хотя бы лучик надежды. Но, увы! Не произошло никаких изменений к лучшему с роковой для нашего государства проблемой отбора "светлых голов" и за последующие десятилетия. Потому и ютится потенциально самая богатая страна планеты на окраине цивилизованного мира, являясь всего лишь его ресурсным придатком.

Назад

Наверх