 |
"Гуляй-поле" Эдуарда Лимонова
С председателем Национал-большевистской партии Эдуардом ЛИМОНОВЫМ беседует обозреватель "Дела" Даниил КОЦЮБИНСКИЙ.
- Если проследить за вашими акциями и заявлениями последнего времени, то возникает ощущение, что Вы и Ваша партия выступаете с радикальных демократических, правозащитных позиций. Тем не менее, все политические организации, считающие себя демократическими, по сей день сторонятся организационного сближения с Национал-большевистской партией. Как бы Вы сами прокомментировали этот парадокс?
- Ведь мы и не напрашиваемся! И предполагаем сотрудничество со всеми оппозиционными силами. И даже, в первую очередь, нас интересуют коммунисты. Что касается либералов, то они сейчас находятся не в лучшем положении - это известно всем. Я не собираюсь их критиковать или выяснять их проблемы. Но у них нет новых лидеров, а старые себя дискредитировали. Эти лидеры привыкли работать в парламентском пространстве, а теперь они лишены этого пространства.
- С Вашей точки зрения, отсутствие у либералов внятных лидеров, которые бы пошли на сближение с Вами, - это единственное препятствие на пути Вашего с ними сближения? Или есть что-то еще?
- Мы не собираемся их "психоанализировать". Это их дело, с кем они... Мы заинтересованы в них... Но еще больше, повторяю, мы заинтересованы в коммунистах, потому что за ними куда больший спектр нашего общества и большая доля, если говорить об избирателях или о сочувствующих. Они ведут за собой намного большую толпу, а нам нужна вот эта общественная поддержка. Но и с либералами мы готовы сотрудничать без всяких условий. И это доказывает нашу куда большую широту и демократичность, чем демократов и либералов.
- То есть Вы все-таки оцениваете свою партию как демократическую организацию? Раз Вы заявили, что в вашей деятельности есть элемент "демократичности"...
- Нет, Вы меня не слушаете. У нас вовсе нет никакого желания себя как-то там оценивать...
- Вы сказали, что демонстрируете "куда большую демократичность", чем сами демократы. То есть, в принципе, вы себя считаете демократической организацией?
- В подходе к проблеме объединения позиций мы демонстрируем налицо куда большую широту подхода - уберем слово демократичность, да?
- Давайте уберем, если Вы так хотите.
- Мы не ставим никаких условий, мы не начинаем там вякать и кричать: "А вот у вас был Гайдар, который ограбил население!" Мы готовы оставить в стороне эти вещи - они сейчас не нужны. И неприемлемо в той тяжелой ситуации, в которой находится страна, заниматься этими дрязгами, чем эти господа до сих пор и занимаются. Если надо, мы пойдем дальше и будем, в конце концов, сотрудничать с теми, кто хочет сотрудничества.
- То обстоятельство, что Вы провели свою последнюю акцию - захват приемной администрации президента - в годовщину смерти Андрея Сахарова, имело какую-то идеологическую нагрузку или было просто случайным совпадением?
- Я эту акцию не планировал на годовщину смерти Сахарова. У нас это всегда инициатива масс, и, возможно, это совпадение.
- Андрей Дмитриев - ваш петербургский лидер - все время подчеркивает, что правозащитная задача является одной из насущнейших в деятельности НБП. Он в данном случае выражает свои сугубо личные взгляды или это общепартийная позиция?
- Это партийная позиция. Безусловно, правозащитная часть является значимой. Мы прежде всего предлагаем всем силам в обществе объединиться под единственным лозунгом: "Россия без Путина", поскольку считаем, что президент крайне опасен сейчас для общества...
- Чем именно?
- Он уничтожил все свободы. Он лицемерно относится к народу. Выработан проект закона о референдуме, который фактически лишает народ права на проведение референдума. Уничтожена политическая жизнь в стране. Это наивное насилие ребенка, который отрывает голову собаке или кошке и думает, что он делает так, как следует. Возможно, наш господин подполковник не знает, как надо себя вести, он научен, что вот так надо строить политические партии, давать Суркову деньги на подкуп, на политическую коррупцию. Наверное, они так считают. А мы так не считаем! Мы считаем, что это - насилие, это полицейское государство, где задушены все свободы.
- Значит, Ваша основная претензия к Путину в том, что он уничтожил свободы, построил полицейское государство. В связи с этим, как Вам кажется, та партийная атрибутика, партийная фразеология, которая традиционно связывается с вами...
- Куда Вы так торопитесь? Давайте снизим темп разговора... Вы начинаете сужать тему. А нам, собственно говоря, плевать на Путина, кого он там любит - лабрадора или что... Мы не знаем его как личность. В его глазах мы видим символическое выражение той власти, которая у нас есть. И судим ее по делам и решениям. Нам не нравится, что фактически будут назначаться губернаторы, и это преподносится как усиление власти: мы все прекрасно знаем, что это означает. Я вчера разговаривал с Маратом Гельманом, он сказал, что надо занести в Кремль 7 миллионов долларов, чтобы получить место губернатора. Такая вот похабная и отвратительная власть, будь она олицетворяема хоть Путиным...
- Но все-таки у Вас ведь не эстетический протест, а политический...
- Причем здесь "эстетический"?! Я Вам говорю про коррупционную прогнившую систему! Какой тут эстетизм?!
- Значит, у Вас институциональные претензии к Путину. Не кажется ли Вам в этой связи, что бороться за те цели, которые Вы сейчас подробно обозначили, и привлекать для этого союзников вам все-таки мешает ваша собственная партийная фразеология и атрибутика, которая вполне тоталитарна: напоминает, с одной стороны, нацистскую, а с другой стороны, большевистскую систему символов и фраз.
- Вы знаете, она просто напоминает эпоху того времени, когда все было серьезно: каждая партия имела свою символику, висели флаги, и все это было действительно серьезно. Она, конечно, не напоминает серо-пиджачную сегодняшнюю атрибутику. А что касается выбора... Мы свой флаг не сделали лоскутным одеялом, каким является, например, сегодняшний российский флаг, напоминающий многие другие флаги. Если мы вызываем отторжение у либералов только потому, что мы им что-то напоминаем серпом и молотом...
- Так серп и молот вы им и напоминаете!
- ...это значит обращение к каким-то глубинам истории - нас сейчас это не касается. Мы ведь не говорим, что конкретно в 92-м году Егор Гайдар взял и раздел миллионы семей, а ведь это более серьезный упрек, чем цвет флага...
- Но все-таки вы скопировали нацистский флаг...
- Мы ничего не скопировали! И я написал в своей политической биографии, что нам это придумал в качестве обложки моей книги "Исчезновение варваров" в 92-м году еврейский мальчик.
- Вопрос не в том, как вы сами к этому относитесь. Вопрос в том, что это мешает вам быть понятыми другими людьми...
- Это не так абсолютно! Это Вам кажется в своем этом городе... с каналами затхлыми! А нам ничего не кажется - мы живем впереди!
- На конгресс "Россия за демократию, против диктатуры" Вас не позвали, хотя этот вопрос обсуждался. Я думаю, во многом потому, что у вас такой флаг, такая символика...
- Не о чем жалеть, если эти чудаки считают, что вели себя круче, говоря, как все плохо. Это был мазохизм, а не конгресс!..
- Но если вы стремитесь к объединению, то предполагается, что вы стремитесь к тому, чтобы вас понимали?
- Вы не понимаете: мы не собираемся нравиться демократам и либералам. Мы стремимся к объединению с живыми силами общества. А если это дохлые силы общества, то черт с ними, пускай вымирают!
- Поставлю вопрос так: тоталитаризм большевиков и тоталитаризм Гитлера - как Вы относитесь к этим феноменам?
- Об этом судите в беседе с историками, там перетирайте!
- Но Вы сами говорите, что апеллируете к символике прошлого, - значит, все-таки исторический подход Вы не отрицаете...
- Я просто не хочу отвечать на этот глупый вопрос, идите к историкам...
- Можно задать еще один глупый вопрос? Политик, который уходит от ответа на вопросы, - это политик сильный или политик слабый?
- Я не политик слов и болтовни! Наши действия очевидны. Мы живем в полицейском режиме и умудряемся делать то, что дает такую известность и такую популярность, которая привела какие-нибудь красные бригады к уничтожению и разгрому. А мы, слава Богу, только движемся вперед. Действовать надо от сути дела! А суть дела такова: за нами будущее и сегодняшний день!
- И все-таки, "национализм" и "большевизм" - расшифруйте, как Вы понимаете эти два феномена?
- Что расшифровывать? Если бы сейчас, а не 10 лет назад создавалась партия, я, возможно, взял бы какое-нибудь более нейтральное, не так связанное с прошлым название.
- Бывали случаи, когда партии переименовывались: например, коммунисты - в социал-демократов. Почему бы и вам не сменить название?
- У нас в тюрьмах сидят 67 человек, а если с теми 40, которые арестованы вчера, то уже больше сотни. И поменять название после этого - нет!
- Но ведь большевики, которых Вы считаете достойными подражания, много раз меняли название своей партии...
- Ну и черт с большевиками! А мы по-другому будем! Мы будем оставаться так, как всегда!..
- Каким Вам видится Свободное национал-большевистское российское государство, о котором Вы говорили на последнем съезде НБП?
- Почитайте мою книгу "Другая Россия" - там все есть. Еще раз формулировать не хочется.
- Хотя бы основные параметры. Это президентская или парламентская республика?
- Нет, это орда, мать-перемать! Мы создадим свою какую-нибудь республику - "Гуляй-поле", если надо будет, или что-нибудь еще... Вы какой-то старомодный...
- То есть Вы не стремитесь полноценно сформулировать свой политический проект и, стало быть, хотите остаться вечным маргиналом?
- Вы должны брать интервью у болтунов: вот они Вам будут рассказывать...
|
|
|
Догорает ли эпоха?
"Кризис наступил, однако это лишь начало.
Модель села на мель
Почему-то уверен, что в недалеком будущем люди станут делить время на новые отрезки "до" и "после".
Растворившаяся команда // 1991-2008: судьбы российских реформаторов
В прошлом номере мы завершили статьей о Егоре Гайдаре публикацию цикла "Великие реформаторы".
Куда пошла конница Буденного // Голодомор в СССР: как обстояло дело за границами Украины
В последние месяцы одним из самых острых политических вопросов на постсоветском пространстве стал вопрос украинского голодомора, имевшего место в 30-е гг.
С КЕМ ВЫ, МАСТЕРА КУЛЬТУРЫ // Владимир Войнович // Советский режим был смешнее нынешнего
Писатель Владимир ВОЙНОВИЧ рассуждает о грядущей смуте и об идейном родстве нынешней власти и советского руководства.
Некромент, или Смертельное танго
Пять сюжетов, от $ 2 за штуку.
Пиар, кризис и бла-бла-бла
Не то чтобы небольшая брошюра записок и выписок директора по связям с общественностью "Вымпелкома"-"Билайна" Михаила Умарова была совсем уж бессмысленным и бесполезным чтивом - отнюдь.
"Это было летом"
В галерее IFA под патронажем Санкт-Петербургского творческого союза художников прошла выставка "Это было летом".
Хорошо воспитанный старый мальчик
Создатели документальной ленты о Валентине Берестове, презентация которой прошла недавно в Фонтанном доме, назвали свое широкоформатное детище "Знаменитый Неизвестный".
Письма из Германии // Константа
Есть такая поговорка: "Господь и леса не сравнял".
С кем вы, мастера культуры? // Алексей Герман // Наш народ был изнасилован. И многим понравилось…
Кинорежиссер Алексей ГЕРМАН в интервью "Делу" рассказал о том, каким ему видится нынешнее состояние российского кинематографа, какие идеи задают в нем тон и что представляет собой сегодня российская интеллигенция.
Никита Белых // Россия не доверяет демократам
Агония новейшей российской оппозиции, похоже, близка к финалу.
|
|
|
