Расследование	2/8/2004

Голос из-за кордона // Что мешает партиям пробиться к людям?

Екатерина СЕМЫКИНА

Нынешнее лето выдалось с виду хмурое, а по сути, жаркое. Правда, обывателей нынче бросает в пот не от глобального потепления, а от глобального наступления Государственной думы на избирателей.

Закон о собраниях, митингах, демонстрациях и пикетированиях, Закон о референдуме, Закон о монетизации льгот, разграничении полномочий между регионами и федеральным центром и прочих прелестях - вот далеко не полный перечень факторов резкого повышения политического градуса на просторах нашей вечномерзлотной родины.

Казалось бы, когда политическая страда в полном разгаре, самое время заявить о себе политическим партиям - тем, кто, согласно канонам демократического мироустройства, призван быть посредником между властью и обществом. Для этого партийцам нужно всего ничего: иметь беспрепятственный доступ к гражданам - непосредственный (уличный) и опосредованный (через СМИ). Но тут выясняется, что чем живее и активнее пытаются идти навстречу массам профессиональные "друзья народа", тем больше они встречают на своем пути бюрократических барьеров и ловушек. В полной мере эта закономерность подтверждается и на примере Санкт-Петербурга.

Лимоновские "тимуровцы"

К экстравагантным акциям членов формально незарегистрированной Национал-большевистской партии (НБП) в Петербурге привыкли уже давно. Забросать банками с краской какое-нибудь административное здание, выбить стекла, прошествовать с плакатами и громко выкрикиваемыми лозунгами, перекрыв движение автотрассы, - это вполне в духе, как правило, юных и горячих последователей некогда "молодого негодяя" Эдуарда Лимонова.

Тем удивительнее выглядит ситуация, когда, скажем, вполне консервативные старушки обращаются к эпатажным нацболам... с просьбой о защите! Да не от каких-нибудь хулиганов-наркоманов, а от законно и всенародно избранной городской власти, предстающей перед многими петербуржцами, прежде всего, в виде кошмара "уплотнительной застройки". Отчаявшись дождаться помощи от "своих" депутатов (чьи приемные переполнены такими просителями), "уплотняемые" жители ищут поддержки, хотя бы моральной, у политических радикалов. И зачастую находят: за последние месяцы петербургские лимоновцы провели несколько масштабных акций по борьбе с "уплотниловкой" в разных районах города.

Не менее чутко и ярко реагирует местная НБП и на проблемы федерального значения. Так, 5 апреля после принятия ограничительного Закона о митингах и шествиях, получив от администрации отказ в разрешении на проведение акции протеста, партийные активисты забросали банками с краской исполком городского отделения "Единой России" в Адмиралтейском районе. А 22 июня, почти за две недели до первого чтения "льготного" пакета законопроектов, провели упреждающий митинг протеста у здания полпредства.

8 июля на том же месте по той же теме ("Льготы - народу, чиновники - уроды!", "Единая Россия" - тоталитарная секта!") нацболы собрались вновь. На этот раз, чтобы приковать себя наручниками к дверям "атакуемого" здания. Задерживающие возмутителей порядка омоновцы, по словам очевидцев, начинание внутренне не осуждали: "И мы согласны, и мы против отмены льгот".

Разумеется, все эти акции не остаются безнаказанными. К арестам, судам и штрафам нелегальные демонстранты из НБП готовы всегда, так же, как и к запретам готовящихся акций (иногда запросы нацболов в кабинетах Смольного просто "теряют"). Радикалы говорят, что привыкли к "давлению со стороны правительства и партии власти", а поэтому им особенно приятно чувствовать поддержку населения.

"Мы и сами, борясь за права человека, немного эволюционировали внутренне с середины 90-х, - признается председатель ленинградского отделения НБП Андрей Дмитриев. - У нас вырисовывается новая политическая конфигурация, в которой НБП парадоксальным образом оказалась на переднем крае защиты всех демократических свобод".

Подзаконная коалиция

Несомненно, в лучших дипломатических отношениях с властными и правоохранительными структурами находятся представители "статусных", официальных петербургских партий, таких, как "Яблоко", СПС, РКРП. Тем не менее, и коммунисты, и демократы жалуются на чинимые Смольным препятствия в законной организации акций протеста, особенно когда дело касается "святых" для чиновников правительственных решений или деятельности "главной" партии - "Единой России".

Канцелярскими препирательствами с горадминистрацией, надо полагать, объясняется и явно более низкая, по сравнению с теми же "лимоновцами", оперативность партийных мероприятий: ведь сроки их проведения приходится по нескольку раз согласовывать и переносить. Поэтому митинг против принятого в первом чтении 2 июля закона о "монетизации льгот" коммунисты смогли провести лишь 20 июля, а "яблочники" надеются организовать аж 2 августа, что как раз совпадет уже со вторым чтением этого нашумевшего законопроекта. Впрочем, и эти, слегка "просроченные", акции даются городским партиям с немалым трудом.
Чтобы ветераны с медалями и плакатами смогли предъявить претензии известной партии, которая лоббирует в Думе правительственные инициативы, руководству ленинградского отделения РКРП пришлось не один месяц обивать чиновничьи пороги. По словам лидера РКРП Геннадия Турецкого, Юнис Лукманов, глава администрации Адмиралтейского района, где располагается здание исполкома СПб отделения "Единой России", никак не хотел разрешить коммунистам провести митинг против партии, членом которой он, к слову, состоит. Предлоги для письменных, а затем и устных отказов выбирались самые хитроумные. Правда, в итоге г-ну Лукманову пришлось признать, что "узкий" 3,5-метровый тротуар, "интенсивное" (2-3 человека в 5 минут) движение пешеходов и, наконец, бесценный "газон вплотную к набережной", оказавшийся на деле стоящими в стороне деревьями, все же вполне пригодны для проведения митинга. Только не в 30, а в 15 человек. Акция состоялась, но ни один из городских телеканалов ее не осветил. На вопрос: "Почему?", ответило лишь руководство НТВ ("Пятый канал" и "Россия" уклонились), которое сослалось на малочисленность мероприятия.

Немало трудностей на своем пути к народным массам встречают и местные демократы, несмотря на свое стремление быть "толерантнее" и "умереннее", чем московские товарищи. Активисты из СПб "Молодежного Яблока", к примеру, осудили недавнюю акцию московских коллег за "недальновидность действий" и "лимоновщину". Правда, председатель "взрослого" "Яблока" в Петербурге Максим Резник все же отдал должное безумству храбрых: "Лучше спорные формы гражданского протеста, чем вообще отсутствие этого протеста!"
Несмотря на явную умеренность и аккуратность в проведении уличных акций, "наши" яблочники нередко сталкиваются с разного рода административным давлением (запреты на проведение шествий, на пользование громкоговорителями и т.п.), а иногда и откровенными провокациями. Так, 12 июня, в День России, когда "Яблоко" и РКРП проводили совместный митинг, протестуя против принятой Госдумой новой редакции закона "О референдуме", администрация организовала поблизости народные гуляния, которые должны были превратить митинг в часть общего балагана.

Что же касается Союза правых сил, то его лидеры этим летом, судя по всему, решили двинуться к народу "в обход": кто через средиземноморское побережье, кто через приемную вышестоящего начальства.

едро политической системы

"Единая Россия" во всей этой истории, разумеется, стоит "самодовольным особняком": над ней не только не каплет, но, напротив, она "каплет" над всеми. Тем не менее, несмотря на политическую жару, "партию власти" начинает потихоньку лихорадить. Не так давно, громко хлопнув дверью, из фракции единороссов в петербургском ЗакСе удалился Константин Сухенко. Только что пришла "досадная" весть: 11 депутатов в свердловском отделении "Единой России" также демонстративно вышли из ее состава.
В ответ на "мелкие выпады" бунтарей региональные единороссы с "медвежьим" спокойствием продолжают принимать неизменно согласованные с московскими боссами решения. Одним из них стало недавнее избрание-назначение спикера петербургского парламента Вадима Тюльпанова секретарем городского политсовета единороссов, что окончательно привело расстановку политических сил города на Неве в соответствие с федеральными стандартами.

Экс-секретарь регионального политсовета Александр Беглов, правда, посетовал Валентине Матвиенко на недостаточное число партийцев в исполнительной власти города и выразил надежду когда-нибудь увидеть в рядах "Единой России" саму Валентину Ивановну. Та обещала "обдумать" и уже через пару дней, вручая служебное удостоверение новому главе Курортного района Виктору Борисову, подчеркнула, что его кандидатура была поддержана единороссами. "Если "Единая Россия" все еще партия, то пусть ведет себя как партия. Если же она уже собственно власть, то пусть честно об этом скажет!" - взывает Геннадий Турецкий.
"Никакого захвата власти "Единой Россией" в случае Петербурга я не усматриваю! - удивляется подобным претензиям Вадим Тюльпанов. - Да, в ЗакСе наша фракция самая большая. Но для принятия решений ей приходится договариваться с другими: и с "Партией Жизни", и с ЛДПР, и с правыми, и с коммунистами теми же..." Эти "договорные" аргументы, по мнению Вадима Альбертовича, позволяют смело утверждать: "Здоровый баланс политических сил в петербургском Собрании на сегодняшний день сохранен. Нет перекоса... Как, допустим, в Государственной думе", - неожиданно добавляет он. И продолжает: "Сейчас наша задача - строить побольше местных партийных ячеек, первичных организаций. Они территориально будут прикреплены к какому-то району, но могут быть и на базе школы, детского сада, к примеру. Или больницы, поликлиники, любого другого такого учреждения".

"Вадим Альбертович немного ошибся", - поспешили откорректировать "шефа" в политсовете "Единой России", вспомнив, что пока, согласно действующему Закону "О политических партиях", создание партийных подразделений в любых организациях запрещено. Но тут же добавили: "Закон о политических партиях требует корректировки с тем, чтобы мы не вычеркивали из политической жизни трудовые коллективы".
Что ж. В способности единороссов перепахать правовое поле "под себя" сомневаться не приходится. Вопрос в другом. За кем, в конце концов, "пойдет народ": за теми, кто, преодолевая бюрократические кордоны, идет ему навстречу, или за теми, кто эти кордоны строит?

Назад

Наверх