Взгляд	7/6/2004

5. Либерализм в России // Распорядятся ли нами Палковские?

Александр Эткинд*

Проигрыш правых партий - трагедия для них самих и для их сторонников. Но лидерам партий и спонсорам не надо преувеличивать собственного значения. Свобода не поддается приватизации. Аморально требовать исключительного права на нее, авторского или иного.

Совершенно белого цвета нет в природе

Либерализм в России был, есть и будет. Он знал куда худшие времена, чем нынешние. Поражение правых партий совпало не с кризисом, а с бумом либерализма.

Свобода в России растет с нуля, а потому растет быстро. Страна уже живет по законам (иногда по понятиям) либеральной политэкономии. У нас есть более или менее рыночные цены, кое-как охраняемые права собственности, относительно стабильные налоги, что-то вроде судов. Совершенно белого цвета нет в природе, но белая рубашка все равно белая. Если, конечно, не запачкалась.

Недавней дискуссии, порожденной "письмом", подписанным именем Ходорковского, тоже далеко до совершенства. Одни утверждали, что либерализм в России умер; другие отвечали, что его никогда и не было. Неизвестные, но легко вычислимые райтеры** - назовем их условно Палковскими - занялись многословными рассуждениями о "культурной традиции", полными цитат из Сталина и Христа. Давно известно: построчная оплата не идет на пользу литературному труду.

В "письме" Ходорковского слово "либерал" превращено в дурную кличку без всякого значения. Палковские исходили из столь примитивного понимания "либерализма", что над ним посмеялись бы и в XIX веке.
Палковские утверждают, что либеральная среда не является необходимостью для бизнеса. Это чушь. Для бизнеса необходимы справедливые суды, твердые деньги, качественное образование и многое другое. Бизнес инвестирует в образование, к примеру, не из гуманизма, а потому, что ему нужны кадры. Если их не создавать здесь, придется покупать в другом месте, но это обойдется дороже.

Палковские утверждают, что либерализм не имеет отечества. Это чушь. Либерализм развивался в национальных государствах, создав их могущество и богатство. Но современные формы национализма имеют мало общего с тем, что думают Палковские. Преследуя национальные интересы, государства вступают в международные объединения, а не "оставляют в прошлом космополитическое восприятие мира".
Чушью является утверждение, что продажные судьи "взращены" бизнесом, который только и хотел давать взятки. По такой логике, в насилии надо винить жертву. Вас насилуют? Сами виноваты.

И главной чушью является утверждение, что современная Россия может существовать вне либеральной экономики и эффективной глобализации. Остановите свободу печати - получите самиздат. Остановите движение денег - получите бегство капиталов. Остановите свободу творчества - получите эмиграцию умов. Но главное, вы гарантированно получите застой.
И не ссылайтесь на Сталина. Его шарашки ничего не делали без шпионских донесений. У национальной конкурентоспособности много важных оснований, но свобода является единственным незаменимым условием, которое нельзя компенсировать ничем другим.

Мы свое дело не угробили

Россия - богатая страна с бедным народом. Это дает определенные перспективы для роста общего благосостояния. Но такой рост еще не обещает конкурентоспособности.

Популярные сегодня идеи - натуральная рента, обязательное страхование, ипотечные кредиты - являются проблематикой государства общего благосостояния. В таком государстве растущий уровень потребления обеспечивается минимальным уровнем накопления. Граждане живут от зарплаты до зарплаты или лучше в кредит, а накопление осуществляется крупным бизнесом либо государством.
Рост в России закончится спадом. Ограничения прав собственности, присущие государству благосостояния, приведут к снижению конкурентоспособности. Подавление свободы вернет образование и качество менеджмента к советским образцам. Коррупция и неэффективность, заложенные Палковскими внутрь их системы "эффективной политики", вызовут массовый протест среднего класса, который нельзя будет канализовать методами этой системы.

Как показывает история, в ситуации спада государства благосостояния развивались либо в авторитарные режимы, либо в либеральные демократии. В свое время в США институты и традиции гражданского общества не допустили развития по популистскому и далее фашистскому сценарию. Скоро этот выбор предстоит делать России.
Мы свое дело не угробили, но, напротив, выиграли его настолько, что оно перестало быть нашим делом, а стало общим местом и очевидной истиной. В огромной степени это личная заслуга отцов-основателей нового русского либерализма. К сожалению, они не попали в Думу, в правительство и в президенты. Достижения перехватили соперники, приписав их себе. На то и политика. Борьба за власть есть искусство возможного, игра с нулевой суммой. Этим политика отличается от экономики, борьбы за рост, от которого могут выиграть все.

Среди прочего, либерализм есть способность к взвешенной оценке вещей, способность к компромиссам. Политика и экономика нынешнего президента далеки от совершенства. Но полемика не должна вестись по-сталински: "Кто не с нами, тот против нас". Если так относиться к власти, не стоит удивляться, когда она отвечает тем же.
Ходорковский раскаивался в том, что всеми силами и средствами, какими располагал до ареста, "мочил" президентский режим в России. Режим ответил ему своими средствами. Власть победила на своем поле - отсюда и раскаяние проигравшего. Но поливать грязью других - не способ отмыться самому. Оплакивая "кризис либерализма", Ходорковский приписал себе и тем партиям, которые он финансировал, чересчур большую роль. Меня нет с вами - значит, вы в кризисе.

И все же роль Ходорковского значительна. Страна очень многим - экономическим ростом, в частности, - обязана ему и его конкурентам. Если Ходорковский виноват перед законом, мы ждем доказательств. Если он невиновен перед нами, мы все, проведшие эти месяцы на свободе, окажемся виноватыми перед ним.
Что бы ни решили судьи, мы знаем и помним: Ходорковский сел в тюрьму добровольно, предпочтя камеру и суд - эмиграции и довольству. Это патриотический шаг, основанный на вере в себя, в справедливость и в Россию.

Но в тюрьме с людьми случается всякое. Послание Ходорковского - жуткое явление несвободы. Чтобы подписывать такие тексты, не надо было терять месяцы жизни. Расплатился бы с Палковскими, умылся, уехал - и все бы о тебе забыли. Тюрьма дала Ходорковскому ореол добровольно принятого мученичества, но Христа вспоминать некстати. Тот не следовал указаниям Пилата. Сесть в тюрьму, чтобы подписать архипошлость - ничем не оправданная ошибка.

Задачи ясны, но кто за них возьмется?

Накануне своего поражения Анатолий Чубайс заявил о том, что экономические проблемы перестали быть средоточием политических дебатов. Нашими усилиями в них достигнут, сказал Чубайс, относительный консенсус.
Что для экономиста Чубайса оказалось победой, для политика обернулось поражением. "Горячими" стали социальные проблемы - демография, иммиграция, гражданское общество, образование. Верно оценив эту ситуацию, Чубайс не смог предложить новых решений. Правые партии проиграли политическое соревнование потому, что не выиграли соревнования интеллектуального. Здесь, на пересечении идеологии и филантропии, социальной политики и культурного стиля, формируются новые оси различий.

Во втором десятилетии века правые и левые в России будут отличаться не предложениями по налогам, а позициями в том, сделать ли высшее образование обязательным; как дать избирательные права детям; каковы взаимные обязанности гомосексуалистов при разводе.
Но сейчас перед нами иные проблемы. Итоги приватизации должны стать легитимными, то есть не только законными, но понятными и принятыми народом. Бизнес должен обратиться к обществу, занявшись социальной филантропией и располагая в этом поддержкой государства. Совместное творчество должно быть направлено на поиск новых путей глобализации: старые скомпрометированы по обе стороны океана.

Многое зависит от того, насколько законен, понятен и принят народом будет приговор Ходорковскому. Еще больше зависит от того, проснется ли в нас интеллектуальная энергия или нашими представлениями об истине и свободе так и будут распоряжаться Палковские.
Хорошо бы, чтоб поражение пошло на пользу правым партиям. Пока этого не видно. Задачи ясны; вопрос только в том, кто за них возьмется. Надо создавать с нуля гражданское общество. Надо изживать комплексы, доставшиеся от последнего столетия русской истории. Надо растить новую элиту. Надо налаживать ее диалог с народом. Надо создавать такие примеры жизни и работы, которым хотелось бы с восхищением подражать, а не дивиться с циничной усмешкой вновь обманутых ожиданий.

----------

*- Эткинд Александр Маркович - кандидат психологических наук, доктор философии, доцент Европейского университета в Санкт-Петербурге.

** - В прессе и в кулуарах обсуждались имена Глеба Павловского, Станислава Белковского и др. - ред

Назад

Наверх