События	14/7/2003

Согласен на компромисс на моих условиях

Наталья ГЛАДЫШЕВА

Новый руководитель ТРК "Петербург" Игорь ИГНАТЬЕВ ответил на вопросы "Дела".

- На ТРК я пришел с поста первого замруководителя петербургской "России". На него меня пригласила Марина Фокина: у нас с ней было несколько опытов совместной успешной выборной работы. Я ведь, в общем-то, профессиональный политик. Я был одним из первых, кто вступил в организацию "За народный фронт", потом был в "Народном фронте". Политический бэкграунд у меня существенно больше, чем телевизионный. На "России" я, скорее, занимался организацией процесса. Здесь же мои обязанности, конечно, намного шире. Это, собственно, и стало причиной моего перехода на ТРК.

- Да, мое назначение - это политический шаг. Сменилось руководство городом. Естественно, что во многих сферах меняется управленческая команда. Телевидение - сфера политико-идеологическая, это трудно скрывать.

- Давайте будем судить по фактам. Если будет перекос - вы мне об этом скажете. Можете поговорить с любым из журналистов, даются ли им какие-то указания? На первом собрании коллектива "Информ-ТВ" меня попросили назвать фамилии людей, которые теперь нельзя употреблять в эфире. Люди уже ручки приготовили, бумажки. И были страшно удивлены, что таких фамилий нет.
Указание у нас одно - жесткое соблюдение закона. Хотя, к сожалению, закон о выборах не дает нам возможности полноценного информирования зрителей. Мы вынуждены соблюдать показное равенство, которое сведется к отсутствию информации.

Самое главное: я бы хотел, чтобы и журналисты, и телезрители отошли от той точки зрения, что раньше у нас была полифония, а теперь будет монофония, что раньше была точка зрения Смольного и точка зрения полпредства, - можно было переключаться и выбирать, где правда. Это не так. Была правда и была идеологизированная ложь.
Доказательства элементарные: развитие политической ситуации и рейтинги. Пяти-шестикратный перевес рейтингов новостей одного канала над другим означает, что народ у нас не такой и глупый. Здесь, на Чапыгина, журналистов, к сожалению, заставляли заниматься идеологией. Хотя потенциал у канала огромный.

- Что касается того, что переговоры с ушедшими журналистами не проводились, - это полная ерунда. Переговоры не проводились только с Валерием Татаровым. Но, простите, это мое вкусовое предпочтение: я не терплю его программ - ни одну, ни вторую.
В любом случае, вещание всех этих программ заканчивалось 30 июня. И я был готов к переговорам. Некоторые программы действительно требовалось изменить. Мне, скажем, неинтересно мнение одного журналиста, меня не интересуют авторские программы - интересуют аналитические, где были бы представлены мнения всех сторон.

Но на это они не пошли. Мне было сказано: "Дело директора - платить нам зарплату и разбираться с дерьмом во дворе, а дело журналиста - говорить то, что он хочет". Но если журналист желает говорить то, что хочет, он может купить себе эфирное время по рекламным расценкам. Или купить сам канал. Простите, но хозяева этого канала - акционеры. Предпринятые мною экономические шаги (я подчеркиваю: политических шагов не было) в пятницу получили полное одобрение со стороны акционеров.

- Надо прямо сказать: программы, которые были закрыты, имели, мягко скажем, неопределенное финансирование. Обеспечить им это неопределенное финансирование я не мог по двум причинам. Во-первых, у меня нет источника для такого финансирования. Во-вторых, потому, что здесь больше такого не будет. Все будет "по-белому", за зарплату.

У одного из лидеров "Петербургской линии" я до сих пор не нашел никакого договора о его трудовых взаимоотношениях с ТРК "Петербург", хотя он работал здесь 2,5 года. Я понимаю, что борцы за свободу слова - это святые люди, но я никогда не думал, что они святы до такой степени, что им не надо кушать.
Это просто значит, что им кто-то платил в конвертах. За что платили? Так вот, проплаченных политических программ здесь тоже больше не будет. Политические программы будут отражать весь спектр мнений.

- Возможно. Но на моих условиях. Только, наверное, с г-ном Татаровым я не буду вести переговоры. Я готов на переговоры с господами Коцюбинским и Годлевским. Но они не хотят. Они желают говорить, что хотят, при этом не считаясь с политикой канала - творческой и политической.
Хотел бы прояснить ситуацию по поводу Феликса Невелева. Здесь никакой политики не было, и я могу только выразить свое сожаление. Надеюсь, мы продолжим сотрудничество. Его программа была очень дорогой - у канала сейчас нет таких денег.

- Если бы мы занялись идеологией, мы бы не зарабатывали, а пошли к тем структурам, которые нам эту идеологию проплатят. Если же будем заниматься телевидением, мы заработаем.
Каналу на нормальное существование, с моей точки зрения, нужно $ 12-14 млн. доходов в год. $ 10 млн. - это ожидаемый в 2004 году объем поступлений. Но у компании есть и иные источники дохода, помимо рекламы.

Доля смотрящих ТРК в мае была 7%, сейчас - 5%. Мы рассчитываем на 14% через год. До уровня федеральных каналов мы, конечно, не дойдем, но 4-ое место в городе должны занимать стабильно. По новостям (я вам практически гарантирую) к концу года мы выйдем на второе место, опережая НТВ.

- Полагаю, появятся несколько телевизионных журналистов из Москвы, в том числе с именами. Наш новый генеральный продюсер в городе чуть больше недели и работает сутками: люди просто в очереди стоят с идеями. Одна наша новая программа начнет выходить либо 30 июля, либо 6 августа. Вы увидите лицо, известное в журналистской среде, но никогда не бывшее телевизионным.

- "Пятое колесо", безусловно. "Монитор", "Кружатся диски", детские передачи очень нравились. Я помню еще Жаконю в период моего детства, потом, естественно, Хоху с Тото - это уже период детства моего старшего сына. Могу сказать, что из тех людей, с которыми я успел познакомиться, наиболее цельное впечатление на меня произвела именно детская редакция. Есть планы восстановить в какой-то форме "Ребятам о зверятах". Передача была страшно популярная, 30 лет на экране. Конечно, теперь она требует новой телевизионной формы. Мы хотим сделать доброе телевидение. Но это не значит, что у нас не будет жарких новостей в информационных программах.

- Я здесь 20 дней, пока не затянуло. Главное, что я увидел, - огромную надежду и доверие коллектива. Люди вчера получили зарплату в срок. Мизерную зарплату - конверты отменили. Две структуры даже получили небольшие премии (по масштабам Карповки, просто мизерные). Но ни одного заявления об уходе нет. Мы сказали, что понимаем, что на те деньги, которые прописаны у коллектива по штатной сетке, прожить невозможно. Поэтому мы можем обещать: три месяца ожидания, а потом медленное, но планомерное повышение.

Назад

Наверх