Комментарии	14/7/2003

Оттудаиздат

Валерий Островский

На прилавках книжных магазинов появился новый роман писателя-эмигранта Юлия Дубова "Варяги и Ворюги. (Подпольный роман)".

Право же, событие для русской культуры незаурядное. Совершенно новое. Первый русский политэмигрант - Андрей Курбский - присылал свои творения на Москву, но имея в виду исключительно одного читателя - Ивана Грозного.

Второй - Григорий Котошихин - писал свои записки о Московии для нужд просвещенной шведской бюрократии. Александр Герцен не получал разрешения для продажи "Колокола" в России. Эмигрант Ульянов печатал статейки в России, но это была публицистика, а не литература, хотя в анкетах Ульянов с излишней самонадеянностью записывал себя в "литераторы".

В годы советской власти представить было невозможно, что эмигрант Солженицын пишет романы в Вермонте, а "Совпис" публикует их в СССР. Были "Тамиздат" и "Самиздат", за чтение продукции которых люди получали сроки.

Соратник (а может быть, и подельник) Бориса Березовского Юлий Дубов - в сущности, настоящий политэмигрант. Бывший гендиректор "Логоваза" выпустил свой первый роман "Большая пайка", живя еще в России. Книга была отмечена несомненной печатью таланта. Это было произведение в жанре настоящего классического романа с переплетением многих сюжетных линий, временными отступлениями, игрой деталей, сочно прописанными характерами, яркими диалогами.

Так писать сегодня никто из модной литературной тусовки не может. То ли потому, что тусовка бездарна, а скорее всего потому, что просто ленива. Крупный бизнесмен Дубов оказался человеком талантливым и неленивым. Потом, по причине вполне естественного нежелания проводить дни и ночи в генпрокурорском зиндане, Дубов перебрался в Лондон, где ожидает решения вопроса о своей экстрадиции. Период этого ожидания принес читателям новую книгу.

Вторая книга всегда дается более сложно. Так и на этот раз. В новом романе Дубова есть провалы, не свойственные предыдущему, хотя есть и просто великолепные главы, яркие пассажи. Но это уже - не тот классический, реалистический (в самом лучшем смысле слова) роман, каким представлялся текст "Большой пайки". Новая книга - притча.

Не стану пересказывать ее фабулу и сюжетные перипетии, хотя их настолько много, что притча смешана с плутовским романом. Скажу одно: это книга о том, как зэки, менты, чекисты и сопутствующие персонажи приватизируют Зону. Притча мрачная и безысходная.

Аналогия - прозрачная. СССР был одной большой Зоной. "Рыночные и демократические реформы" состояли в приватизации этой Зоны группой пассионариев. Но при этом Зона осталась Зоной, поскольку приватизированная собственность в Зоне не является собственностью (да простится мне невольный каламбур) в собственном смысле этого слова.

Роман Дубова появился в продаже аккурат в те дни, когда прокурорские стали трепать Ходорковского, а Потанин на съезде сторонников правящей партии "Единая Россия" склонил голову перед партией и покаялся за грешки, допущенные в процессе приватизации. А еще сто миллионов так называемых собственников никак не могут быть уверенными в том, что у них ее не отнимут: бандиты, милиция, чиновники, соседи - да кто угодно.

Один только поправивший здоровье министр Греф с лучезарной улыбкой уверенно заверяет, что пересмотра итогов приватизации не произойдет. В Зоне собственности не бывает. Бывает лишь временное, условное владение, пользование. Вот этого-то и не понимают у нас. И прежде всего - "демократическая общественность". Ведь заявил как-то Явлинский, что, выбирая между свободой слова и частной собственностью, он выберет свободу слова. Если это - искренне, то это полное непонимание смысла Истории вообще.

Ибо ключевая проблема российской действительности, российского будущего не в удвоении ВВП, не в борьбе с ограничениями вольностей кучки "свободолюбивых журналистов", а в упорной, повседневной, неблагодарной работе по организации защиты реальной частной собственности, даже - по ее созданию. Только формирование надежной системы гарантий частной собственности способно дать атмосферу, в которой и ВВП удвоится, и свобода для журналистов будет неизмеримо выше нынешней.

Но этим не озабочены ни власти, ни олигархи, ни "средний класс", ни "демократическая интеллигенция", ни тем более "простой народ". Да и самому Дубову, чтобы перейти от героической саги приватизации, какой была "Большая пайка", к мрачным и бескомпромиссным констатациям реальной приватизированной Зоны, понадобилась лондонская эмиграция.

Но он обещал читателю выдать на-гора трилогию. Может быть, в ее завершающей части мы увидим новый поворот? Может быть, жизнь повернется новыми гранями? И в нашей жизни, наконец, утвердится "Здесьиздат"?

Назад

Наверх